логин:    пароль: Регистрация
Вы здесь:
  
Жизнь после реформы Владимир ФЕСЕНКО, Центр прикладных политических исследований «Пента» - «Контракты» №41 Октябрь 2003г.

Что произойдет в том случае, если политическая реформа все-таки осуществится? Предположим, что предлагаемые изменения в конституционной структуре власти будут приняты, и попытаемся, исходя из этого, смоделировать развитие политической ситуации в стране хотя бы по отдельным ее составляющим.


рисунок Игоря ЛУКЬЯНЧЕНКО

Дорогой дешевый президент

Первый и наиболее важный на ближайшую перспективу вопрос — выборы президента. В соответствии с новой версией политической реформы предлагается избирать главу государства в Верховной Раде. Причем, чтобы быть избранным, надо набрать не менее двух третей голосов от конституционного состава парламента (300 голосов). Теоретически это возможно — например, за нынешнего Генерального прокурора Святослава Пискуна проголосовало более 300 народных депутатов. Однако, когда речь идет о должности главы государства, вряд ли можно предполагать возможность столь широкого единодушия народных избранников. Достаточно вспомнить изнурительные спикериады 1998 и 2002 гг., когда в течение нескольких недель парламентарии не могли избрать председателя Верховной Рады. А ведь для избрания спикера требовалось простое большинство — всего 226 голосов.

Нынешнее парламентское большинство составляет около 240 депутатов. В условиях острого политического противостояния в Верховной Раде ни «большевики», ни уж тем более оппозиция не могут провести на пост президента своего представителя собственными силами. Какой же выход из этого тупика?

Первый вариант — избрание главой государства относительно нейтральной политической фигуры, приемлемой и для нынешнего парламентского большинства и для части оппозиции, способной стать арбитром в отношениях между ведущими центрами влияния в обществе и парламенте. В 2004 году это мог бы быть кто-то из авторитетных внефракционных депутатов, а в дальнейшей перспективе (при переходе к пропорциональной избирательной системе) — представитель небольшой фракции, занимающей промежуточные позиции между основными политическими лагерями в Верховной Раде. Если бы после внесения изменений в Конституцию президент стал сугубо номинальным главой государства с ограниченными полномочиями, скорее всего, так и произошло бы. Но президент остается очень влиятельной фигурой, имеющей весомые рычаги воздействия на Кабинет Министров, силовые структуры и законодательный процесс. Отдавать этот пост «темной лошадке» было бы весьма рискованно.

Второй возможный вариант — формирование широкой коалиции (не менее 300 народных депутатов), предполагающий распределение ключевых государственных постов между ведущими политическими силами, представленными в парламенте. При этом одной из фракций такой коалиции может «достаться» пост президента, другой — премьер-министра, третьей — спикера. Главная проблема реализации этого варианта заключается в том, что он требует высокого уровня взаимного доверия и четкого соблюдения договоренностей между участниками широкой коалиции. И с тем и с другим у наших политиков большие проблемы. «Кидалово» (пусть читатель простит жаргонный термин, но он наиболее точно отражает суть дела) стало нормой политической жизни в Украине.

В принципе, теоретически можно избрать спикера и президента одновременно, так сказать «пакетом». Но и здесь возможны процедурные проблемы. К примеру: для избрания спикера нужно 226 голосов, а для избрания президента — не менее 300. Если за «пакет» из кандидатов на пост президента и спикера проголосует, к примеру, 250 депутатов, то формально спикер будет избран, а президент — нет.

Наконец, есть самый простой (даже примитивный) способ формирования квалифицированного большинства для избрания президента — подкуп депутатов. О таком варианте «избрания» нового главы государства сейчас говорят много и открыто, что лишний раз доказывает деградацию наших политических нравов. Однако, если этот способ и будет задействован, то, скорее, как вспомогательный. В Верховной Раде уже сейчас существует олигархический плюрализм. К тому же, большая часть народных депутатов — люди состоятельные и задешево их не купишь. Прежде чем скупать голоса, бизнес-политическим группам придется договариваться между собой...

Как ни крути, избирать президента депутатам будет очень сложно. Но над ними будет висеть дамоклов меч роспуска Верховной Рады. Если в течение трех месяцев парламенту не удастся избрать нового президента, действующий президент может распустить Верховную Раду. Это обстоятельство, кстати, может обусловить некоторые политико-правовые коллизии и специфические технологии борьбы за власть. К примеру, как быть в случае, если Верховной Раде не удается избрать нового главу государства, действующий президент ее распускает, однако и его полномочия истекают? Теоретически можно допустить, что политические силы, поддерживающие действующего главу государства, в случае если у них не будет возможности обеспечить его переизбрание, могут сознательно блокировать избрание нового президента, доводя дело до роспуска парламента.

Пока это только теоретические предположения, которые, впрочем, требуют соответствующего толкования со стороны авторитетных инстанций, в первую очередь, — Конституционного Суда.

Новым президентом будет... Кучма?

Если новый глава государства будет избираться в 2004 г. нынешним составом Верховной Рады, кому достанется президентская булава? Выскажу свою, сугубо субъективную, версию ответа на этот вопрос. Претендентом номер один, на мой взгляд, является Леонид Данилович Кучма. Только действующий Президент может стать фигурой, способной получить консолидированную поддержку нынешнего парламентского большинства и потенциально расширить ее до требуемых 300 голосов.

Предвижу целый ряд контраргументов.

Во-первых, один и тот же человек не может быть президентом более двух сроков подряд. Ответ: Но ведь меняется и процедура избрания главы государства и его полномочия. Исходя из этих обстоятельств, Конституционный Суд вполне может позволить Кучме в очередной раз претендовать на президентский пост.

Во-вторых, зачем Леониду Кучме при новой системе власти пост президента? Гораздо привлекательнее и проще стать премьером. К тому же в Верховной Раде уже имеется большинство, способное без проблем избрать его главой правительства. Ответ: Версию возвращения Леонида Даниловича в кресло премьера не стоит исключать из рассмотрения. Но это, скорее, запасной вариант. Президентский пост и в новой структуре власти для Кучмы предпочтительнее. Глава государства сохраняет за собой немалую власть, хотя она уже не будет такой значительной, как сейчас (прежде всего за счет отсутствия права отправлять в отставку руководителей исполнительной власти). Но, самое главное, по сравнению с премьерством, президентура выглядит более надежной. Главу государства устранить с поста гораздо сложнее, чем премьера. Процедура импичмента президента остается прежней, т. е. практически неосуществимой. А вот политическая судьба премьера будет зависеть от ситуации в большинстве и в парламенте в целом.

Аргумент третий: У Леонида Даниловича нет гарантированного большинства в 300 голосов для избрания президентом в Верховной Раде. Ответ: Для переизбрания Кучмы на президентский пост через парламент могут быть использованы и вариант «широкой коалиции», и «методика подкупа» вкупе с широкомасштабным административным давлением. Откуда могут появиться недостающие голоса? Скорее всего, основным «кадровым резервом» для формирования широкой парламентской коалиции в поддержку Кучмы может стать... «Наша Украина». В случае успешного осуществления политической реформы сторонники Виктора Ющенко в Верховной Раде будут деморализованы, начнется массовый исход депутатов из «Нашей Украины».

Среди «нашеукраинцев» и сейчас немало депутатов, сохраняющих определенную лояльность по отношению к Леониду Кучме и поддерживающих тесные контакты с некоторыми людьми из его окружения либо отдельными влиятельными фигурами из пропрезидентского большинства. Для гарантированного создания «большой коалиции» можно предложить Виктору Ющенко и его фракции пост премьера и несколько министерских должностей, в обмен на поддержку кандидатуры Кучмы на пост президента. В кризисной ситуации «Наша Украина», или определенная ее часть, может довольствоваться малым. Премьерство Виктора Ющенко в данном случае будет чисто тактическим маневром и спустя некоторое время его можно будет удалить из правительства точно также как и в 2001 году.

Но возможен и прямо противоположный вариант развития событий — очередное выдвижение Кучмы на пост президента мобилизует и консолидирует оппозицию. 300 голосов в поддержку Леонида Даниловича собрать не удастся, и тогда... народные депутаты окажутся перед дилеммой — либо роспуск Верховной Рады, либо поиск компромиссной фигуры. Внеочередные парламентские выборы еще на несколько месяцев продлят полномочия действующего главы государства (если только не будет выработана и утверждена другая формула и. о. президента), а там — как карта ляжет. Может лечь и неудачно. На волне антикучмовских настроений в обществе оппозиция вполне способна завоевать большинство в Верховной Раде.

Однако нельзя недооценивать инстинкт самосохранения депутатов. В конце концов, выбирая между Кучмой и собственными интересами, они наверняка предпочтут второе. В этом случае произойдет почти невозможное — «кинут» самого Леонида Даниловича. Кто тогда может стать компромиссной фигурой, выдвигаемой на пост президента? Как уже отмечалось выше — политики-одиночки, не связанные с крупными политическими силами и бизнес-группами. Среди возможных кандидатов могут оказаться представители нынешнего руководства Верховной Рады — Владимир Литвин и Александр Зинченко. Вот будет неприятный сюрприз для эсдеков: их детище — политическая реформа — сработает в интересах заклятых врагов! Но возможны и сюрпризы. В результате вынужденного компромисса на вершину властной пирамиды может взойти совершенно неожиданная фигура.

Пропорциональный «кубик Рубика»

В новой структуре взаимоотношений между институтами государственной власти существенно возрастет роль премьера и Кабинета Министров. Правительство будет формироваться коалицией фракций, имеющих большинство мест в Верховной Раде. И вот в связи с этим обстоятельством возникает серьезная проблема. Как показывают результаты парламентских выборов 1998 и 2002 гг., а также социологические опросы, четырехпроцентный барьер могут преодолевать от 5 до 9 политических партий и избирательных блоков. При этом ни одна политическая сила не имеет даже теоретических шансов на получение абсолютного большинства мест в Верховной Раде. Максимум, на что могут рассчитывать лидеры партийно-избирательных гонок, — 20—25%.

Формирование устойчивой правящей коалиции в парламенте будут осложнять серьезные идеологические разногласия между политическими силами, имеющими представительство в парламенте. Принципиальные противоречия возникают в сфере социально-экономической и внешней политики, глубокий водораздел проходит и по отношению к политическому режиму Леонида Кучмы. Можно говорить как минимум о трех стабильных идеологических центрах: 1) левые (КПУ и СПУ); 2) центристские партии, поддерживающие Кучму; 3) правые и правоцентристские силы (в основном, придерживающиеся национал-демократической ориентации).

Сформировать в таких условиях устойчивую коалицию, которая будет проводить согласованную внутреннюю и внешнюю политику, крайне сложно. Переход к пропорциональной избирательной системе приведет к формированию сугубо партийной структуры Верховной Рады и ликвидации «мажоритарного болота», за счет которого в значительной мере формировалось пропрезидентское парламентское большинство в 2000 и 2002 гг. К тому же предлагается запрет на переход из одной фракции в другую. Казалось бы, это стабилизирует политическую ситуацию в парламенте. На практике может возникнуть прямо противоположный эффект — отсутствие устойчивого большинства и жесткое идеологическое противостояние в парламенте.

Простой пример. Если бы парламентские выборы 2002 г. проходили только по пропорциональной системе, то «Наша Украина» получила бы 140 депутатских мандатов, КПУ — 118, блок «За единую Украину» — 70, БЮТ — 44, СПУ — 40, СДПУ(О) — 38. А вот теперь задачка для начинающих политтехнологов — составьте из этих фракционных кубиков идеологически совместимые парламентские коалиции. Коалиция нынешней оппозиции (НУ—БЮТ—СПУ) будет насчитывать 224 депутата. В эту коалицию не включена КПУ, поскольку объединение в одном правительстве антикоммунистически настроенных националистов, либералов и ярых коммунистов представляется просто ненаучной фантастикой. Коалиция пропрезидентских сил («ЗаЕдУ» и эсдеки) — всего 108 депутатов. Если бы осуществился план объединения «заедистов» и ющенковцев, то их коалиция насчитывала бы 210 депутатов. Левая коалиция (КПУ и СПУ) дает всего 158 депутатов. Парламентское объединение радикальной антикучмовской оппозиции (КПУ—БЮТ—СПУ) — 202 депутата. Ни одна из комбинаций не дает даже простого большинства (226 голосов)!

Пока нет никаких оснований надеяться на принципиальное изменение данной ситуации в 2006 г. (или в 2007 г., если полномочия нынешней Верховной Рады будут продлены). Влияние левых партий будет постепенно сокращаться, но и в ближайшем будущем они способны завоевать не менее четверти депутатских мест в Верховной Раде. Возможность достижения согласия между центристами и правыми осложняется идеологическими разногласиями (особенно относительно России) и личными конфликтами лидеров (между Виктором Ющенко и Виктором Медведчуком и др.).

Партийные боссы вынуждены будут сформировать хоть какую-нибудь правительственную коалицию, чтобы избежать роспуска парламента. Но эта коалиция будет очень неустойчивой. Выход любой фракции из состава правительственного большинства может привести к его кризису и потенциально опять поставит Верховную Раду перед угрозой роспуска. Опыт европейских парламентских демократий показывает, что в условиях отсутствия стабильных партийно-правительственных коалиций средний срок «жизни» коалиционного кабинета министров составляет примерно полтора года.

Контракты №41 / 2003


Вы здесь:
вверх