логин:    пароль: Регистрация
Вы здесь:
  
Фемида с большой дороги Вадим КУЛЬПИНОВ - «Контракты» №32 Август 2004г.

Мошенники применяют новую схему, позволяющую избежать исполнения решения суда. «Новинка» может быть актуальна для всех, кто судится со своими контрагентами.


Увеличеть (JPG 24Kb)

Взять деньги и не поставить товар — обычное мошенничество. Согласно «правилам нехорошего тона», после этой немудреной операции поставщик должен исчезнуть с деньгами. Однако в последнее время мошенники не бросаются в бега, а стараются уйти от ответственности, используя коррупционные связи и влияние покровителей. Схемы, которые они используют (вполне легальные с формальной точки зрения), позволяют не только отбиваться от суда и прокуратуры, но и ставить последних себе на службу.

История одной сделки, изложенная ниже, пока не подошла к завершению, посему мы воздержимся от упоминания реальных названий предприятий.

Как это работает

В январе 2003 года киевская компания А заключила договор на поставку ячменя с компанией Б, находящейся в одном из райцентров Украины. Заметим, что это была не первая сделка между предприятиями. Две предыдущие прошли успешно, и на этот раз столичные бизнесмены не ждали никаких проблем.

Возможно, поэтому договором была предусмотрена большая предоплата — 95% стоимости товара , что в денежном выраженяии составило более 600 тыс. грн. После поступления денег на счет предприятия Б партнерские отношения между контрагентами прекратились. Компания Б не передала предоплаченное зерно покупателю. В ответ на настойчивые просьбы юристов фирмы А вернуть деньги партнеры вернули примерно половину перечисленной за товар суммы , напрочь отказавшись отдавать остальную.

В ответ на это киевская компания обратилась в Хозяйственный суд с просьбой обязать недобросовестных контрагентов вернуть оставшуюся сумму, пени и штрафы, предусмотренные договором в случае ненадлежащего исполнения сторонами своих обязательств.

К изумлению представителей истца, экземпляр договора, который компания Б предоставила в судебном заседании, существенно отличался по содержанию от того, который приложила к заявлению компания А. Чтобы установить подлинность документа, суд назначил экспертизу. Из экспертного заключения следует, что первые две страницы договора, который предоставил ответчик, были заменены другими, а третья, на которой стояли печати, подписи и реквизиты сторон, осталась оригинальной.

Эксперты без труда установили факт подмены, а Хозяйственный суд квалифицировал это как подлог договора ответчиком, порекомендовав истцу самостоятельно обратиться в правоохранительные органы, приложив к заявлению результаты экспертизы и решение суда.

Однако руководство компании А не стало обращаться в правоохранительные органы с заявлением о преступлении. Для них было достаточно, что суд удовлетворил иск и обязал своим решением компанию А вернуть остаток перечисленных за ячмень средств и выплатить компании все полагающиеся штрафы и пеню.

Забегая вперед, оговоримся, что компания А напрасно не дала законный ход делу о служебном подлоге, который совершил кто-то из сотрудников или юристов предприятия-контрагента. «Идейные вдохновители» очень скоро использовали этот просчет для того, чтобы безнадежно затянуть исполнение судебного решения. Но это случилось потом, а после решения суда юристы компании Б проследили, чтобы дело было передано в исполнительную службу того района, в котором зарегистрирована компания-ответчик. Посчитав свою часть работы выполненной, юристы укатили восвояси отчитываться за проделанную работу, а бухгалтерия истца с нетерпением ждала перечисления отвоеванной суммы.

Однако время шло, а отвоеванные деньги почему-то не поступали. Как оказалось, исполнители были вынуждены приостановить производство по делу в связи с... изъятием документов по данному делу. Вскоре выигравшей процесс стороне стало известно, что через несколько дней после того, как решение суда было принято к исполнению, в исполнительную службу явились два милиционера, сгребли в кучу все документы по исполнению этого судебного решения и... удалились .

Так был реализован последний этап схемы ухода от ответственности. Юристы проигравшей компании действовали наверняка: в тот момент, когда исполнители приготовились приступить к работе, представители компании Б обратились в районный суд с заявлением о преступлении , якобы совершенном компанией А. В заявлении утверждалось, что договор купли-продажи был подделан в Киеве. Не будем заострять внимание на том, как именно этим дельцам удалось уговорить судью принять заявление с нелепейшими обвинениями (ведь эксперты и суд установили, что подлог был совершен компанией Б). Скорее всего, им удалось заинтересовать судью подписать постановление об изъятии документов у исполнительной службы. Такие действия вполне объяснимы и логичны, если подойти к вопросу формально. Доказать, что судья был заинтересован, в данном случае очень непросто. Посему судья спокойно передал бумаги в прокуратуру того же района , предоставив ей решать, возбуждать уголовное дело или нет.

Посвященным понятно, что это означает: уголовное дело наверняка будет возбуждено по факту правонарушения. Сроки производства «фактовых» дел не ограничены процессуально, а, значит, на практике производство по ним может идти годами. Пока дело не закроют, документы исполнителям не вернут, и приказ суда не будет приведен в исполнение. Разумеется, заинтересованная сторона сделает все возможное, чтобы в обозримом будущем дело не прекратили.

Кстати, прокурорские работники и суд даже не скрывают своей заинтересованности в затягивании расследования. Уже более месяца они не могут принять решение о том, возбуждать уголовное дело или нет, хотя это должно быть сделано в течение 10 дней с момента поступления сообщения о преступлении.

Сколько это стоит

Нам трудно судить о том, как дельцам из небольшого украинского городка удалось заинтересовать суд и прокуратуру помочь в осуществлении своего не слишком честного замысла. Однако совершенно очевидно, что для того, чтобы заявлению о преступлении был дан ход и в постановлении суда было сказано о необходимости изъять документы у исполнительной службы, заказчику нужно было изрядно «смазать» правовой механизм, раздав вознаграждения участникам аферы. Мы не беремся вычислять, сколько именно было истрачено на взятки, но есть основания утверждать, что эта сумма несоизмеримо меньше, чем та, которую пришлось бы вернуть по решению суда.

Кстати, районный прокурор, в чьем сейфе лежат изъятые у исполнителей документы, назвал цену, за которую он готов передать их обратно исполнителям — 10 000 грн. Должно быть, примерно такими суммами измеряется цена реализации описанной схемы недобросовестными бизнесменами в упомянутом городе. Такие расценки мошенников устраивают. Однако из слов прокурора следует, что надежность исполнения и сохранность документов пока оставляет желать лучшего.

Ищем выход

Предприятие А оказалось в незавидном положении. Прежде всего потому, что схема ухода от ответственности реализуется недобросовестным контрагентом на местном уровне — все ключевые фигуры — судья, прокурор и исполнители — находятся в «родном» для мошенников районе. Чтобы следить за происходящим и пытаться как-то изменить ситуацию, необходимо, чтобы представители компании постоянно мотались в командировки в злополучный райцентр и проводили там множество рабочих (а значит, оплачиваемых) дней. Ведь процесс-то не быстрый — если чиновники поставили себе задачу тянуть время, то делают они это профессионально.

Пока представители истца добились немногого. Они заручились поддержкой исполнительной службы, специалисты которой пообещали побороться за право исполнить решение суда. После судьбоносного изъятия документов исполнительная служба уже успела обратиться в апелляционный суд , чтобы обжаловать постановление об изъятии документов по данному делу у исполнительной службы. Насколько нам известно, результатов еще нет.

Поскольку защитники интересов компании А пока не определились с дальнейшей стратегией защиты, «Контракты» обращаются ко всем, кто сталкивался с подобными случаями на практике, с просьбой рассказать о возможностях разрешения подобных ситуаций или мерах по их предупреждению. Лучшие варианты будут опубликованы.


Комментарии юристов

Максим ЛАВРИНОВИЧ, адвокат:

— На примерах из своей практики я заметил, что теперешние мошенники несколько отличаются от тех, что орудовали несколько лет назад. Прежде всего тем, что фирм-однодневок среди них стало значительно меньше. Как правило, недобросовестные партнеры маскируются под нормальные предприятия, которые ведут вполне легальный и стабильный бизнес. Чтобы убедить в этом жертву, перед мошеннической сделкой проводят три-четыре честные сделки. Только после того, как жертва станет доверять мошенникам большие суммы предоплаты, они присваивают деньги и прекращают отношения с контрагентом.

Но самое страшное, на мой взгляд, не это. Хуже всего то, что после очередного обмана контрагента мошенники не сворачивают бизнес и не пускаются в бега, как это делалось в старые добрые времена. Теперь в их кругах принято продолжать бизнес под той же вывеской, рассчитывая на помощь высокопоставленных покровителей и реализацию различных схем избежания ответственности, которые иногда несложно реализовать, пользуясь коррупционными связями.

На мой взгляд, успешный исход дела в данном случае зависит от того, насколько принципиальную позицию займут должностные лица исполнительной службы и судьи апелляционного суда. Если они будут действовать строго в рамках закона, вполне возможно, что решение суда все же будет исполнено.

Алексей ПОКОТИЛО, юрист адвокатской конторы «Коннов и Созановский»:

— Очевидно, реальной целью рассматриваемого выше манипулирования нормами законодательства, равно как и некими представителями судебной власти и правоохранительных органов, является не столько избежание, сколько временное уклонение от необходимости исполнения вступившего в силу судебного решения. Наличие вступившего в силу судебного решения, по которому открыто исполнительное производство, по-прежнему можно считать гарантией будущего исполнения требований кредитора. В связи с этим хотелось бы отметить основную движущую силу успешности использования подобного метода — все основные действия происходят «на территории» должника и с активным использованием человеческих слабостей представителей местных органов власти.

Кроме того, рассматриваемая схема способна выполнять свою «функцию» только в случае «замораживания» ситуации на стадии изъятия документов исполнительного производства и потери этих документов вместе с заявлением о преступлении в недрах прокурорского сейфа. Любое движение с мертвой точки в рассматриваемой ситуации — возбуждение уголовного дела либо отказ в его возбуждении — играет уже против должника.

Контракты №32 / 2004


Вы здесь:
вверх