логин:    пароль: Регистрация
Вы здесь:
  
Барьер на финише конституционного марафона Владимир ФЕСЕНКО
Центр прикладных политических исследований «Пента» - «Контракты» №8 Февраль 2004г.

Успешный финиш марафона конституционной реформы зависит от преодоления барьера под названием «пропорциональная избирательная система». И это не просто бег с препятствиями. Это — бег в лабиринте, выход из которого пока не найден.


Голосование за внесение изменений в Конституцию Украины фракция коммунистов обусловила принятием нового закона о выборах народных депутатов, основанного на принципах пропорциональной избирательной системы. Однако против «пропорционалки» выступает часть депутатов, избранных в одномандатных округах. Без голосов коммунистов и мажоритарщиков конституционная реформа не состоится. А, следовательно, необходим компромисс. В то же время поле поиска компромисса предельно сужено формулировкой о выборах на пропорциональной основе в общегосударственном многомандатном избирательном округе, зафиксированной в заключительных положениях конституционного законопроекта № 4105.

Все к барьеру!

Выход был найден простейший — снижение избирательного барьера до 1%. Именно эта идея предложена в законопроекте о парламентских выборах, поданном в конце января депутатами-«большевиками» — Богданом Губским, Александром Задорожным, Нестором Шуфричем и другими. В наибольшей степени однопроцентная система выгодна партиям большинства. Блок «заедистов» был создан из пяти партий. Из них на сегодня только Партия регионов имеет реальные шансы преодолеть четырехпроцентный барьер. Для других это весьма проблематичная задача. Взять же электоральную высоту в 1% для них вполне по силам. К тому же неустроенные в партийном отношении мажоритарщики вынуждены будут идти на поклон к вождям партийных фракций в надежде получить в будущем место в избирательном списке.

Параллельно однопроцентная «пропорционалка» может быть использована как политическая технология для раздробления избирательных блоков, представляющих ныне правую оппозицию. У небольших, но гордых и относительно известных национально-демократических партий, понизится мотивация к объединению в блоки. Зачем объединяться, если есть шанс пройти в парламент в одиночку и вести там свою самостоятельную игру?

А вот для мажоритарщиков эта система не так выгодна, как может показаться. Теоретически и «Народовластию» Богдана Губского, и «Демократическим инициативам», и даже луганчанам из группы «Народный выбор» вполне по силам в короткие сроки создать небольшую, но организационно крепкую партию. Которая, опираясь на региональный админресурс либо основательную финансовую базу, сможет набрать более 1% голосов. Но на практике реализовать эту задачу не так просто. Новую партию надо будет создать и зарегистрировать до конца марта 2005 года, иначе она не сможет принять участие в будущих парламентских выборах. Учитывая условия президентской избирательной кампании, к выборам 2006 года абсолютное большинство украинских политиков начнут готовиться только после ноября 2004 года, когда станет ясным новый расклад сил. А условия регистрации вновь создаваемых партий по новому закону о политических партиях существенно усложнились.

Избирательная кампания 2002 года показала, что даже партиям, опирающимся на сильный региональный админресурс или основательную финансовую базу, очень непросто набрать более 1% голосов. Например, «Єдність» киевского мэра Александра Омельченко набрала 1,09%. Зато блок Демпартии и Демсоюза на выборах смог получить всего 0,87%, «Новая генерация» — 0,77%. А ведь и в том, и в другом случаях речь идет об очень не бедных политических образованиях, проводивших интенсивную избирательную кампанию. Не все просто и с региональным админресурсом. Далеко не ясно, кто и в каком объеме получит его после президентских выборов. Но даже в случае преодоления однопроцентного избирательного барьера в парламент попадут 5-6 (или немногим больше) представителей партии, созданной на основе депутатской группы мажоритарщиков. А в таких группах насчитывается сейчас не менее 14 депутатов. И депутатских мандатов на всех не хватит.

Не очень выгоден однопроцентный барьер и коммунистам. Ведь в этом случае в парламент смогут попасть клоны Компартии, отбирающие у нее голоса на выборах. Та же Компартия (обновленная) на выборах 2002 года получила 1,4%. К тому же коммунисты лишатся «премии», то есть дополнительных депутатских мандатов, получаемых за счет партий и блоков, не преодолевших избирательный барьер. Похожая ситуация и у социалистов. Их клон — избирательный блок Натальи Витренко — набрал на выборах 2002 года 3,2%.

Что касается правой оппозиции («Наша Украина» и БЮТ), то хотя их и устраивает пропорциональная избирательная система, но гораздо важнее заблокировать конституционную реформу. Ради этого они могут временно пожертвовать и «пропорционалкой». В конце концов, новый избирательный закон можно принять и после президентских выборов 2004 года, без всяких уступок мажоритарщикам.

Сколько фракций будет в Верховной Раде?

Резкую критику «однопроцентная пропорциональная система» вызвала и у экспертов. Основные аргументы «против» заключаются в следующем. Подобная избирательная система закрепляет фрагментированность (раздробленность) и партийной системы в целом, и фракционной структуры парламента в частности. Соответственно сложнее будет формировать парламентско-правительственные коалиции, и сохранять их стабильность. Это подтверждает и зарубежный опыт. Чем больше участников коалиции, тем менее она устойчива. Наконец, однопроцентная «пропорционалка» послужит мощным катализатором дальнейшей регионализации партийной системы, что, в свою очередь, усилит центробежные тенденции в политической системе страны.

Справедливости ради надо отметить, что в критике избирательной системы с однопроцентным барьером некоторые комментаторы доходят до абсурда. Например, в одном уважаемом журнале написали, что в результате реализации законопроекта Губского-Задорожного в Верховной Раде возникнет около четырех десятков депутатских групп. Это абсолютно фантастический вариант. В парламентских выборах 1998 и 2002 годов участвовало немногим более трех десятков партий и блоков. Если бы Верховная Рада избиралась по пропорциональному принципу с однопроцентным барьером в 1998 году, то в парламент прошло бы 16 партий и блоков (вместо 8, преодолевших 4% барьер), а в 2002 году — 13 (вместо 6). В России на выборах в Госдуму в 2003 году более 1% набрали 12 партий и блоков. С очень высокой долей вероятности можно утверждать, что на выборах в украинский парламент однопроцентный барьер в случае участия в выборах не менее 30 партий и блоков, смогут преодолеть не менее 10, но не более 20 партий и блоков.

100 и 1 вариант

Но главная проблема заключается в другом. Почти наверняка в следующем составе Верховной Рады сохранятся три центра политического влияния:

— правоцентристы (могут завоевать около 30% депутатских мандатов);

— центристы (их доля может составить 35-40% депутатских мандатов);

— левые партии (КПУ, СПУ и ряд небольших партий) — около 30-35% депутатских мандатов.

Если бы пропорциональная избирательная система (вне зависимости от того каков избирательный барьер — хоть 1%, хоть 4%) действовала в 2002 году, то коалиция парламентского большинства могла быть создана только при условии союза между блоками «Наша Украина», «За единую Украину» и СДПУ(О), либо на основе союза нынешней оппозиционной тройки («Наша Украина», БЮТ и СПУ) и КПУ. Оба варианта коалиции выглядят нереальными в силу глубоких политических и идеологических противоречий между отдельными ее участниками. Но даже если бы такая коалиция и возникла (в той или иной конфигурации), то она не смогла бы проводить согласованную правительственную и законодательную политику.

Таким образом, проблема создания стабильной парламентско-правительственной коалиции связана не столько с избирательным барьером и фрагментированностью партийной системы, сколько с необходимостью преодоления глубоких противоречий, существующих в украинском политикуме, и формирования широкой правящей коалиции (либо правоцентристской, либо левоцентристской).

Как это ни парадоксально, но после преодоления парламентского кризиса сомнения в возможности достижения компромисса по избирательной системе только усилились. Реанимировал свой избирательный законопроект координатор парламентского большинства Степан Гавриш. А вот Александр Задорожный, напротив, начал высказывать осторожный скепсис относительно достижения компромисса с мажоритарщиками. Влиятельные представители фракции КПУ Георгий Крючков и Адам Мартынюк заявили, что максимум, на что могут пойти коммунисты в достижении компромисса — это снижение избирательного барьера до 3%.

Так что вокруг реформирования избирательной системы идут элементарные политические торги. Стороны сделали свои ставки и обозначили первоначальные позиции. 3% избирательный барьер неприемлем для мажоритарщиков. Поэтому если компромисс будут искать на шкале избирательного барьера, то в итоге могут остановиться на планке 2 или 1,5%. Для коммунистов (а также для социалистов, с поправкой на некоторые тактические нюансы их позиции) важно законодательное закрепление парламентско-президентской формы правления и пропорциональной избирательной системы. Ради этого они могут пойти на серьезные уступки по величине избирательного барьера. А колеблющихся и «упрямых» мажоритарщиков просто заставят проголосовать так, как следует, если не по избирательной системе, так по конституционной реформе. Кроме того, им могут пообещать льготную «партразверстку» — места в проходной части партийных списков и соответствующее распределение регионального админресурса между партиями парламентского большинства.

Но возможен и другой вариант — резкая смена тактики (как и в случае с конституционной реформой). Взамен однопроцентного компромисса будет предложена принципиально иная система. За основу может быть взята (полностью или частично) «система Гавриша» (закрепление членов партийных списков за конкретными территориальными округами). При этом может быть резко увеличен (до 10 или даже 15%) избирательный барьер для блоков, тогда как для партий он может остаться на нынешнем уровне (4%) или снижен до 3%. Возможны и другие варианты компромисса, тем более, что мировая практика знает более сотни разновидностей пропорциональной избирательной системы.

Компромисс возможен. Но искать и реализовывать его придется в жестком цейтноте. Сторонникам осуществления конституционной реформы нельзя затягивать с ее утверждением. Каждый день, приближающий страну к официальному началу избирательной кампании, будет снижать шансы на успех реформы. Поэтому компромиссный вариант закона о выборах народных депутатов должен пройти все парламентские процедуры за месяц — не дольше.

Контракты №8 / 2004


Вы здесь:
вверх