логин:    пароль: Регистрация
Вы здесь:
  
Государственный PR Евгений ДУБОГРЫЗ - «Контракты» №27 Июль 2005г.

Заявления власти об инвестиционном потенциале Украины и реальные инвестиционные возможности противоречивы. Вероятно, разночтения в том, что действия государства экономика воспринимает не так, как сама власть.


Диссонанс заявлений государства и отечественных реалий, пожалуй, нигде не проявляется так отчетливо, как в вопросе привлечения инвестиций. Президент, премьер, министры говорят об улучшении инвестиционного климата Украины, о росте интереса зарубежных компаний к работе в стране, проводят множество встреч, бизнес-форумов — и кажется, что зарубежные инвестиции вот-вот хлынут в Украину нескончаемым потоком. Неумолимая же статистика свидетельствует о снижении темпов роста ВВП, промышленности, инвестиций в капстроительство и оттоке прямых иностранных инвестиций. Создается впечатление, что экономика как никогда за последние шесть лет близка к коллапсу.

Неутешительных объяснений такому феномену существует немало — например, что президент (премьер) не знает, что делают его представители, или чиновники на местах полностью игнорируют указания первых лиц государства. Впрочем, в пессимизм, возможно, впадать рано. Не исключено, что поведение государства обусловлено недостатком времени, из-за которого нам до сих пор не удосужились разъяснить что к чему.

Восполнить данный пробел и пояснить как минимум одну из возможных непротиворечивых концепций (вне зависимости, единственно правильна она или нет) Контракты постарались в споре двух субъектов: обобщенной Экономики, недовольной действиями новой власти, и обобщенного Государства, выкроившего время для того, чтобы хоть как-то успокоить собеседника.

О роли пиара

Экономика: Вы каждую неделю не устаете заявлять о громадной инвестпривлекательности Украины, бравурно рапортуя, что эта самая привлекательность неуклонно растет изо дня в день. Между тем для инвестиций нужна политическая стабильность, а о какой стабильности может идти речь, когда госчиновники различных ведомств непрестанно обвиняют друг друга в несоответствии идеалам оранжевой революции? Для инвестиций нужны стандарты корпоративного управления, а вы лишь провоцируете бывших олигархов к корпоративным войнам. Нужна судебная реформа, а суды различных инстанций, как и в прошлом году, продолжают принимать взаимоисключающие решения. Налицо противоречия — не так ли?

Государство: Я могу даже подыграть вам — необходимо формировать инфрастуктуру, реформировать банковский сектор, расставить приоритеты в развитии отраслей. Это только то, что приходит в голову навскидку, а на деле проблем намного больше. Однако в своих сетованиях вы забываете об одном факторе, который влияет на инвестиционный климат (а это ничто иное, как ожидания инвесторов) едва ли не в большей степени, чем все упомянутые выше.

Для появления инвестиций необходима информация — а куда, собственно, инвестировать, что собой представляет Украина. Поэтому первоочередной задачей я вижу необходимость реализовывать PR-программу новой деловой Украины. Мы должны показать, что бизнес в Украине могут вести не только олигархи, госчиновники и криминалитет, что в стране зарождается успешный средний бизнес-класс.

Там, за рубежом, уверены, что Украина — клановая страна, где заправляют чиновники, олигархи и криминалитет, законы не соблюдаются, две трети заводов стоят в полуразваленном состоянии, а работники жадные и недисциплинированные. По мнению инвесторов, желаемые прибыли гораздо легче получить в «цивилизованных» Польше, Чехии и Венгрии. Несмотря на высокие темпы экономического роста в Украине — о чем, кстати, тоже мало кто знает — на Западе бытует мнение, что рост обеспечен лишь за счет низкой базы, а сама экономика всецело зависима от конъюнктуры экспортных рынков. Все негативы украинской экономики 90-х — сращение бизнеса, чиновничества и криминала, непрозрачное и постоянно меняющееся налоговое законодательство, политические скандалы — настолько застряли в памяти западных инвесторов, что строительство нового завода в Украине считается не менее рискованным, чем реализация подобного инвестпроекта в Африке.

Экономика: Вы полагаете, что преодолеть столь негативное отношение к Украине со стороны Запада можно лишь заявлениями о появлении демократических устоев и новых стандартов ведения бизнеса (с чем, кстати, тоже можно поспорить)? Инвесторы, они же бизнесмены — вообще существа неприхотливые и аполитичные: им подавай возможность заработать, а о демократии они думают едва ли не в последнюю очередь. Например, в Китае столько лет существует авторитарная система, а поток инвестиций в страну не иссякает.

Государство: Наиболее реальный сейчас путь преодолеть стереотипы — рассказывать зарубежным политикам и инвесторам, что в Украине не все так плохо, как может казаться. Благо, после оранжевой революции отношение ко мне на Западе существенно изменилось — нас приглашают на встречи и форумы, вручают презенты, просят читать лекции. Не использовать столь благоприятную ситуацию для налаживания коммуникаций — преступление. Демократия — это тоже PR: не говори я о ней, никто бы меня к себе и на порог не пустил.

Экономика: То есть для развития экономики нужен государственный PR, а все остальное — проще говоря, реформы — второстепенно?

Государство: PR мы можем делать сейчас, пока Запад благосклонно к нам относится. Что касается реформ — кто сказал, что их нет?

Экономика: Да какие-то они все однобокие и декларативные.

Государство: Вам так кажется, вы привыкли, что реформы должны обязательно касаться деятельности крупного бизнеса — энергорынок, борьба с госмонополиями, снижение налогов. А мы ориентируемся — я уже говорил — на средний класс, и инвесторов хотим звать не крупных, а средних — банки, например, инвестиционные компании, розничников. Думаете, зря я встречаюсь не только с хозяевами крупных корпораций, но и с западными научными институтами, и с портфельными инвесторами, и с зарубежной прессой. Вот вы любите говорить, дескать, столько лишних людей ко мне приходит — ну и пускай ходят: чем больше узнаваемость Украины в мире, тем лучше.

О неправильной трактовке

Экономика: Хорошо, PR для Запада, пожалуй, придуман грамотно. А вот для внутреннего рынка... Вы же не будете отрицать тот факт, что постоянные разговоры о пересмотре прав собственности только вредят намерениям привлечь серьезные инвестиции. Дело Криворожстали с делом ЮКОСа разве что ленивый не сравнивал. А...

Государство (раздраженно): Да что вы заладили — Криворожсталь, Криворожсталь...

Экономика: Так это не я, это вы заладили.

Государство (успокаиваясь): Криворожсталь и ЮКОС — дела совершенно разного толка. Давайте отрешимся от политических мотивов и посмотрим, какова финальная цель того и другого дела. В случае с ЮКОСом конечным результатом стал переход нефтяных активов в госсобственность. Вот Запад и возмутился — это же прямое нарушение прав частной собственности. А Криворожсталь нам в госсобственности не нужна — мы хотим отдать ее тому, кто сможет эффективно управлять предприятием. Поэтому Запад, хоть и вынужден порой говорить об «отсутствии гарантий прав собственности в Украине» (что опять-таки, неправда, и это понимают даже раскулачиваемые бывшие олигархи), на деле приветствует наши инициативы.

Вообще, какие цели мы преследовали, заявляя о повторной продаже...

Экономика: Реприватизации...

Государство: Ну, если вам так удобно, реприватизации. Мы хотели сказать собственникам — да, вы скупили государственную собственность за бесценок. Это плохо. Но теперь докажите, что именно вы и являетесь наиболее желанными хозяевами приобретенных заводов и пароходов. Докажите это, и вас никто трогать не будет, напротив, я буду всемерно способствовать вашей деятельности. А не сумеете — тогда извините — на ваше место придет более эффективный инвестор, которому есть что предложить и рабочим, и бюджету, который не будет вымывать прибыль «методом трех посредников», а начнет работать по-белому, в существующем правовом поле. Никто не говорил, что пересмотр итогов приватизации обязательно заденет всех нынешних крупных собственников.

Экономика: Образно выражаясь, вы, по примеру Петра Первого, принесли в зал заседаний дубину и рассчитывали, что, взирая на нее, собственники начнут работать по-новому.

Государство: Совершенно верно. А прежние олигархи все поняли иначе. Вместо того, чтобы развивать производство, инвестировать, они начали говорить, что были эффективными в прошлом! Официальная прибыль скупленных за бесценок предприятий резко увеличилась, дивиденды начали выплачиваться. Позвольте, но я и так это все знаю — и об оптимизации налогов, и о трансфертных ценах, и о том, что большая часть прибыли выводилась в офшоры. И мне не рапорты о высоких доходах в прошлом году нужны, а инвестиции. Которых нет.

Экономика: Это же естественно — кто будет инвестировать в активы, которые не сегодня-завтра отберут?

Государство: Будут, если поймут, что свою эффективность нужно доказывать не одномоментно, а ежечасно. Не умеешь работать — продавай свой бизнес другому собственнику, а не пытайся пролоббировать выгодный тебе закон. У нас же привыкли вести дела по-советски: пришел в высокий кабинет, перечислил пару миллионов в фонд защиты жирафов и взамен получил указ, закон, постановление, а то и завод. Это мне невыгодно — я не смогу получать максимально возможный объем налогов, но это невыгодно и вам — о какой конкурентоспособности экономики может идти речь?

Экономика: По-вашему, получается, что украинский капитал изначально неконкурентоспособен. То есть панацеей для развития Украины будет зарубежный капитал. Чем же плох отечественный?

Государство: Тем и плох, что это капитал олигархический, ситуативный. Вы же сами помните: было выгодно торговать газом и углем — все криминальные структуры делали бизнес исключительно на всевозможных бартерных схемах. Стала выгодной металлургия — олигархи скопом ринулись приватизировать металлургические заводы и ГОКи. При этом на долгосрочную перспективу никто из наших крупных бизнесменов не работает — все хотят стопроцентную рентабельность, причем немедленно.

Скажу больше: эти олигархические, ситуативные денежные потоки не поддаются ни учету, ни прогнозированию. Сегодня деньги здесь, завтра — на Кипре, и то, где они находятся, зависит не от привлекательности экономики, а от расстановки сил в эшелонах прежней власти. Нас такое положение дел не устраивает. Я хочу прогнозируемости, а отечественный капитал в ближайшие годы ее обеспечить не сможет. До тех пор, пока не появятся новые бизнесмены, заработавшие деньги законным путем.

Чтобы закрыть дискуссию на тему, чей капитал сейчас нужнее Украине, иностранный либо внутренне-олигархический, приведу последний аргумент. Большая часть крупного капитала в Украине была заработана, скажем так, не самым законным путем, и, делая ставку на эти деньги, мы априори отталкиваем крупный мировой капитал. Грубо говоря, мы можем получить миллиард денег от криминальных структур, но в таком случае лишимся ста миллиардов серьезных инвестиций. Выбор налицо.

Об Украине мечты

Экономика: Государственный PR, уничтожение на корню рудиментов прежней власти — маловато что-то получается для инвестиций.

Государство: Кто вам сказал, что это все? Третья задача, которую я решаю (переходит на шепот), — делать вид, что в Украине существуют некие перспективнее технологии, разработки, до сих пор таинственным образом не ставшими достоянием мировой общественности. Проще говоря, для привлечения инвестиций необходимо сыграть еще и на любопытстве.

Экономика: Но ведь это прямой обман. Инвестор придет в надежде на чудо, а тут ему откроется неприглядная реальность. Он расскажет партнерам — и в конечном счете вместо инвестиций мы получим еще больший отток капитала.

Государство: Не получим. Для любого инвестора существует временной лаг — вот сегодня он узнал, завтра подумал, через неделю зашел. А к тому времени, пока он зайдет, мы и будем иметь ту самую Украину мечты, которую сейчас презентуем на Западе. Я ведь так и не успел сказать о реформировании. И судебная реформа у нас будет, и административная и в ВТО на оранжевой волне мы вступим. Но не забывайте, что реформы и государственный PR должны идти параллельно. В противном случае инвесторы действительно разочаруются, дескать, нам говорили одно, а получили мы совсем другое.

Экономика: А нельзя презентовать инвесторам Украину в ее нынешнем виде? Конечно, тогда интерес явно снизится, но и краснеть не придется, если реформы не успеете закончить?

Государство: Я думал над этим. Дело в том, что инвесторы, которым нужна нынешняя Украина, уже пришли или приходят. Посмотрите, сколько замороженных на время выборов инвестпроектов реализовано за последние полгода. Конечно (шепотом), не все шаги прежней власти были настолько плохи, как это мы описываем. Но, понимаете, сейчас единственный способ привлечь инвесторов из-за рубежа — сыграть на контрастах. Дескать, раньше было все плохо, а вот уже скоро наступит всеобщее благоденствие. То есть мы сознательно идем на риск.

Экономика: Проще говоря, снова используете PR?

Государство: Называйте как угодно, для меня главное — результат. А он будет, уверяю вас.

Экономика: Что ж, спасибо и на том.

Государство: И вам спасибо.

Вы здесь:
вверх