логин:    пароль: Регистрация
Вы здесь:
  
Валютный оппозиционер Игорь НАУМЕЦ, фото Светланы СКРЯБИНОЙ - «Контракты» №38 Сентябрь 2005г.

Бывший заместитель председателя Нацбанка Сергей Яременко, курировавший валютную политику почти девять лет, рассказал Контрактам об оптимальной модели курсообразования в стране.


К каким последствиям на финансовых рынках может привести отставка правительства Юлии Тимошенко?

— Я не думаю, что отставка существенно повлияет на внутренние экономические процессы. Скорее, еще раз изменится отношение к Украине со стороны крупных иностранных инвесторов. Они могут приостановить или отказаться от переговоров о заключении крупных контрактов по линии правительства. Смена действующих лиц, естественно, меняет «переговорщиков». Ведь очень многое зависит от определенного должностного лица, доверия к нему и степени его влияния на внедрение проектов. Это касается, в первую очередь, переговорных процессов по крупным и долгосрочным инвестиционным проектам.

Грозит ли Украине новый скачок оттока капитала за рубеж?

— Вряд ли возникла необходимость убегать из Украины и скрывать выручку за рубежом. Естественно, у населения может появиться повод для беспокойства, что обычно проявляется в оттоке средств из банковской системы. В этой ситуации Нацбанку необходимо дать сигнал об отсутствии каких-либо негативных тенденций в банковском секторе.

Что необходимо сделать для увеличения притока инвестиций в Украину?

— Условий для существенного роста инвестиций, включая и внутренние, нет. Это ключевая проблема реформирования экономики, не связанная с сегодняшними политическими событиями. Украина исчерпала потенциал внешних инвестиций по причине, применявшейся на этапе приватизации, то есть создание формы собственности, а именно — закрытых акционерных обществ. Экономика «спряталась» в ЗАО, что еще допустимо на начальном этапе.

Но дальнейшее развитие экономики без капитализации невозможно. Мы застыли на начальном этапе — «прихватизации» в форме ЗАО. И здесь кроется основное противоречие: возможности внутреннего инвестора исчерпаны, а для привлечения внешних — нет механизма. Ведь как сегодня осуществляются инвестиции? Никто уже с кейсами нала не ездит. Инвесторы вкладывают средства в ценные бумаги на фондовых рынках, покупая ценные бумаги предприятий. Мало того что наши предприятия закрыты, у нас практически отсутствует фондовый рынок.

Вся наша система регистраторов, хранителей и торговых площадок выстроена по неприемлемым для зарубежных инвесторов принципам. Крайне необходимо принятие закона об акционерных обществах для «открытия» предприятий, иначе капитализации рынка нам не видать. Кроме того, мы почему-то забыли, что основной инвестор — это мы, а доля зарубежного инвестора обычно составляет не более 10% от общих инвестиций.

После вашего ухода из Нацбанка многие прогнозировали либерализацию валютного рынка. Однако она произошла лишь частично. Почему?

— Не устаю повторять: либерализация — это следствие, а не условие рыночных преобразований. Документы по либерализации валютного рынка были подготовлены при моем непосредственном участии. Полной либерализации никогда не бывает, так же как и полной демократии. Были разрешены те операции, которые теоретически могут выполняться, но практического применения не найдут, так как зависят от гармоничного развития финансового рынка в целом. Кроме того, в рамках действующего декрета «О валютном регулировании» на дальнейшую либерализацию пойти нельзя. Но, кстати, действующий декрет написан для переходных экономик и является балансом для экономик, где как раз не развит финансовый сектор. И при наших темпах рыночных преобразований его еще долго нельзя будет менять.

Но если Нацбанк не планирует дальнейшей либерализации рынка, с чем связан ваш уход из НБУ?

— С разницей в подходах к проведению денежно-кредитной и валютно-курсовой политики в данных условиях. Во-первых, ревальвация не является методом борьбы с инфляцией в переходных высокодолларизованных экономиках. Т. е. по сути это отказ от курса как «ценового якоря», что является грубой ошибкой. Во-вторых, в фазе экономического спада нельзя использовать денежные агрегаты как инструмент подавления инфляции, опять же в растущих экономиках. Особенно, если основным источником роста задействуются внешние инвестиции. Одно другое исключает. Тем более что дискуссии продолжались на фоне совершенно очевидных процессов.

Что необходимо для введения плавающего валютного курса?

— Опять же, это не цель, а режим, соответствующий определенному этапу развития финансовой системы и рыночных отношений в стране. Курс «может плавать только в полном бассейне». Если вы отпускаете курс сейчас, то бросаете его в бассейн без воды.

Грубо говоря, процесс развития состоит в том, что в начале в растущей экономике применяется фиксированный курс и динамично растущие денежные агрегаты. В конце процесса практически нулевой прирост денежных агрегатов, высокая монетизация. Вот тогда возможно отпустить курс в свободное плавание. При этом отменяются ограничения на капитальные операции. Практический пример — все СКВ-шные страны. Путь этот длиной в десятки лет. Если не думать о последствиях для экономики, то можно попробовать ускорить.

Но если не сдерживать рост монетарной массы, то произойдет стремительный рост инфляции?

— Да, расхожий укоренившийся догматический тезис. Но даже наш опыт предыдущих четырех лет показывает, что нет прямой корреляции между ростом денежных агрегатов и инфляцией при динамичном росте экономики. Резкий рост цен произошел после повышения зарплат и пенсий в сентябре прошлого года. Опыт же «азиатских тигров» показывает, что в течение более десяти лет объем инвестиций составлял в этих странах до 40% от ВВП ежегодно, а инфляция колебалась от 2% до 6%. Здесь возникает основной вопрос. Как мы хотим расти, не допуская роста денежных агрегатов?

Какие доводы ваших оппонентов в Нацбанке?

— Плохо быть заложником устоявшихся подходов. Я уже говорил, что мы давно сидим на двух стульях. В теории это называется конфликтом целей. Пагубность для экономики такой позиции вскрылась, когда этот конфликт обострился и необходим был ответ в выборе методов борьбы с инфляцией, в условиях необходимости экономического роста и занятости. Неверный тезис (еще и насаждаемый извне) о том, что рост монетарных агрегатов вызывает инфляцию, привел к необходимости изменения курса. Попытались. Результат — налицо. Дальнейшая ревальвация может привести к серьезным экономическим последствиям и финансовому кризису. Вот и идеологическая ловушка. Какие тут доводы оппонентов?

Какими методами нужно гасить инфляцию?

— Ее невозможно погасить. Инфляция — уже факт. Ее не загонишь назад. Сформировался новый уровень цен. Важно не допустить инфляционных ожиданий и ее роста в дальнейшем. Нужны четкие согласованные действия правительства, Минфина и Нацбанка. Определенность НБУ в валютно-курсовой политике. Правительства — в политике внешних займов и вопросах приватизации, а точнее направлений использования денег от нее.

По всей видимости, экс-министр экономики Сергей Терехин, настаивавший на ревальвации, согласился с вашими доводами? Ведь в проекте бюджета на следующий год предложен курс 5,0-5,2 грн/$.

— Как показывает опыт первой половины 2005 года, Нацбанк, в первую очередь, должна интересовать инвестиционная или социальная составляющая бюджета, а также его фискальная направленность. Так как это закладывает перспективы изменения цен и роста экономики в долгосрочном периоде. Динамика изменения курса может существенно повлиять на ожидания в этих секторах.

И, как показал опыт, действия в этом направлении должны быть крайне осторожными. Нет ничего страшнее деятельного невежества. Господин Терехин, вложивший основную лепту в дезорганизацию валютного рынка, на фоне ревальвационных ожиданий наконец-то, надеюсь, понял многовекторность влияния одного из макропоказателей на функционирование экономики в целом.

Планируете ли вы вернуться в Нацбанк?

— Не важно, буду ли я в Нацбанке или нет. Главное, чтобы мы пришли к правильной концептуальной модели валютного регулирования. Можно попробовать создать фондовый рынок за два года (во что я не верю), а можно потратить на это двадцать лет, что, скорее всего и произойдет. Но в этом случае необходимо 20 лет держать фиксированный курс. И никуда мы от этого не денемся, потому другого пути в данном случае нет.

Контракты №38 / 2005


Вы здесь:
вверх