логин:    пароль: Регистрация
Вы здесь:
  
Немецкая засада Михаил КАЛЬНИЦКИЙ, Фото автора - «Контракты» №13 Март 2008г.

Киев стал городом-садом благодаря хобби саксонского ткача Вильгельма Кристера, который по каким-то причинам у себя на родине он не смог реализоваться в этом деле


От станка к сохе

Хрестоматийная репутация Киева как города-сада не так уж стара. Еще в 1870-1880-х гг. современники сетовали на проблемы с озеленением центральной части города на Днепре. Вместе с тем киевские окраины действительно утопали в садах и рощах. Густо покрытой зеленью была и северная периферия Киева — так называемая Приорка (до XVII века тут хозяйничали приоры католических церквей).

Именно здесь в 1850 году обосновался саксонец Вильгельм (Василий) Готлибович Кристер. По первой своей профессии он был специалист ткацкого дела, хорошо развитого в Саксонии. В этом качестве его и пригласил на свою суконную фабрику в местечке Хабно (ныне Полесское) магнат князь Радзивилл. Случилось это в 1838-м, после чего Кристер 12 лет кряду добросовестно трудился на крупном предприятии, способствуя его процветанию. За это время стал отцом, накопил толику денег и только тогда решился круто изменить ход своей жизни.


Дом на углу ул. Институтской и Крещатика, в котором находился магазин фирмы «В. Кристер». С открытки начала ХХ в.

Как оказалось, саксонский ткач издавна питал страсть к садоводству. По каким-то причинам у себя на родине он не смог реализоваться в этом деле, зато в губернском городе Российской империи воплотил мечты в жизнь. Накопленной суммы хватило, чтобы обзавестись на Приорке лесистым имением в 38 десятин (свыше 40 га), когда-то принадлежавшим графу Эстергази. А затем новый хозяин начал обращать эту местность в рай земной.

Уже после смерти саксонца видный деятель киевского садового хозяйства Александр Осипов написал о нем: «Такое влечение к садоводству явилось у покойного В. Кристера не как результат его профессиональных знаний, не как эксплуатация его предшествующего садового опыта и подготовки, а как результат его искренней любви к природе, как результат преданного делу любителя... Мы видим, что в деле садоводства не столько двигают науку профессионалы, сколько истинные любители, которых что-то возвышенное и святое тянет неудержимо к матери-природе, из которой они научаются извлекать лучшие дары ее, коими украшалось первобытно чистое и непорочное существование первых людей на земле; эта могучая любовь к природе и, в частности, к растительному миру во все времена тянула к себе лучших людей».

Каждой скотине — по тыкве


Вильгельм Кристер

До переселения Вильгельма Кристера на Приорку аграрная культура здешних обитателей пребывала на крайне низком уровне. Землю обрабатывали примитивным способом, сортность фруктовых деревьев и огородных растений оставалась невысокой. Вильгельм Готлибович совершил в этом деле буквально революцию.

Кристер отдавал себе отчет в трудностях задач, которые сам перед собой поставил. Обширная площадь, оказавшаяся в его распоряжении, была не только пространством для разнообразных экспериментов. Существовавшие прежде насаждения складывались в основном из хаотичного леса и старого яблоневого сада. Пока фруктовые деревья плодоносили, хозяин их не трогал, а лес начал постепенно вырубать. И в то же время, поскольку окрестные луга были идеальным пастбищем, завел... молочное хозяйство: закупил коров улучшенных пород и вскоре стал получать прибыль, снабжая город молоком. Кстати, одновременно решил на будущее вопрос с органическими удобрениями. Вскоре Кристер высадил кормовые тыквы — где-то узнал, что если ими в нарезанном виде потчевать коров, то молоко становится особенно жирным. Тыквы у него урождались под центнер весом — можно было показывать на выставках.


Рекламное объявление фирмы «В. Кристер»

Попробовал саксонец наладить огородничество, выписав семена приличных сортов моркови, лука, картофеля. И тоже с полным успехом. Организовал бахчевое хозяйство — оказалось, что вкуснейшие дыни и арбузы можно выращивать на Приорке, а не завозить по Днепру из Херсонской губернии. Попытался разводить виноград на здешних песчаных грунтах. Подобрал подходящие сорта для киевского климата и быстро добился практической отдачи, получая только с виноградников тысяч по шесть чистой прибыли в год. Правда, так было только до проведения в Киев железной дороги. Когда же сюда начали активно и в больших количествах доставлять дешевый южный виноград, владелец быстро сориентировался и сократил виноградные плантации.

Со временем, в 1880-х годах, Вильгельм Готлибович нашел практическое применение многочисленным подземным ключам, которыми была богата местность. Устроил пруды, а в них запустил зеркального карпа, и тот прекрасно размножился. В итоге хозяин стал зарабатывать еще и на свежей рыбе.


Рекламное объявление фирмы «Э. В. Кристер»

Но все же главной его целью было занятие культурным садоводством. К ней он шел не один год, экспериментируя, ошибаясь и учась на собственных ошибках. Опять-таки не стал понапрасну экономить — заказал саженцы у лучших бельгийских и немецких помологов. Кроме выращивания фруктов на продажу, Вильгельм Кристер сумел создать в своем имении превосходный питомник плодовых деревьев и декоративных кустарников. В садоводстве лично вникал во все детали, до многого доходил своим умом. К примеру, еще до того как ученые изучили механизм перекрестного опыления плодоносящих деревьев насекомыми, он уже заботился о разведении пчел в своем хозяйстве: устроил пасеку, завел специальные медоносные растения.

Способностью комплексно подходить к ведению хозяйства, изыскивать источники доходов там, где другим это не удавалось, Вильгельм Готлибович, пожалуй, напоминал рачительного предпринимателя Муразова из «Мертвых душ» Гоголя. Или своего старшего современника графа Алексея Бобринского — пионера свеклосахарной промышленности на юго-западе империи.

Хозяин Приорки

Одной из наиболее привлекательных черт саксонца было то, что свои наблюдения и достижения — для того времени фактически эксклюзивные — он отнюдь не стремился утаивать от других во имя собственной выгоды. Наоборот, никто щедрее его не делился садоводческим опытом. Естественно, когда продукция хозяйства Кристеров завоевала киевский рынок, многим стало интересно: каким это образом его фрукты, овощи, бахчевые оказались такими вкусными, а урожаи — значительными? На Приорку потянулись владельцы мелких садоводств и огородов. Никто из них не уходил без мудрого совета, всякий мог приобрести семена или саженцы — это обходилось куда дешевле, чем заказывать за границей, а качество товара было даже выше, с учетом апробации в местном климате. Бесплатно распространялись каталоги садовых и огородных культур, предложенных Кристером.


Имение Кристеров на Приорке. По рисунку середины XIX в.

Вследствие постоянных обращений за консультациями садовод решил изложить накопленные за 30 лет сведения в популярной брошюре с пространным названием: «Хозяйственный садовник, или Краткое наставление для посева семян известнейших огородных и цветочных растений и дальнейшего за ними ухода, применяясь к здешнему климату и почве, — для ознакомления покупателей с делом садоводства; составлено торгующим садовником в Киеве, Вильгельмом Кристером». Он, естественно, не претендовал на научный анализ своих достижений, но предложил вниманию читателя множество реальных наблюдений и практических приемов. Автор предостерегал других садоводов от заблуждения, будто одного лишь качественного посадочного материала достаточно для получения высоких результатов: при выращивании растений всегда нужен тщательный труд и пристальное внимание на всех этапах процесса. «Все, за что ни принимаешься, — писал Кристер, — необходимо понимать и иметь для того надлежащие познания, так как в противном случае все будет зависеть от одной случайности, если бы в чем-либо и случалась удача».


Обложка юбилейного издания к 50-летию фирмы. 1900 г.

Особую пользу от соседства с культурным садоводством получили обитатели Приорки. Нуждаясь в рабочих руках, Вильгельм Кристер охотно нанимал их для выполнения разных обязанностей. При этом они воочию наблюдали, какие обильные урожаи можно получать на здешней земле. А владелец вовсе не возбранял применять его находки в их собственных небольших хозяйствах. Благосостояние окрестных жителей пошло вверх, так что они в самом буквальном смысле занимали очередь за вакансиями в хозяйстве Кристера.

Понятно, что здешние обыватели относились к немцу с искренней симпатией, а Вильгельм Готлибович усиливал ее вниманием к насущным нуждам населения. К примеру, он позаботился о своевременной помощи своей окраине в случае пожара. Дожидаться пожарных из города было бы слишком долго, так что Кристер завел у себя все необходимое для тушения огня и при надобности выезжал к месту возгорания на собственном обозе.

Сто тысяч

В 1890 году лучший в Киеве садовод ушел в мир иной. Он успел обзавестись многодетным семейством, причем двое из трех его сыновей, с детства старательно помогавшие отцу в садовом хозяйстве, пошли по его стопам.

Средний сын Эдмунд, получив свою долю наследства, завел собственное садоводство на новом месте, на Куреневке. Он взялся за дело с немалой энергией, но в 1892 году безвременно скончался. Вдова с детьми продолжила его бизнес под вывеской «Семенная торговля и садоводство Э. В. Кристера».


Юлиус Кристер

Отцовская же фирма «В. Кристер» вместе с имением на Приорке перешла к старшему сыну Юлиусу, который проявил себя таким же рачительным хозяином, как и Вильгельм. Под его руководством дело и в дальнейшем процветало — спрос на посадочные материалы продолжал расти. Прежнего хозяйства оказалось уже недостаточно, так что пришлось прикупить за пределами Киева: в Фузиковке и Литвиновке — еще гектаров сто земельных угодий, на которых устроили новые питомники. Фирменный магазин был размещен в самом центре Киева — на углу Крещатика и Институтской.

Образцы, выращенные фирмой, получали награды на престижных выставках. На Киевской сельскохозяйственной и промышленной выставке 1897 года отмечалось, что «фирма «В. Кристер» в настоящее время представляет собой единственное по обширности и количеству материалов садовое заведение». В

1900-м, по случаю полувекового юбилея садоводства, было выпущено специальное издание, текст которого написал коллега и почитатель старшего Кристера Александр Осипов. Отпечатали его в известной киевской типографии Стефана Кульженко — друга семьи, владельца соседнего приорского хутора, известного под названием Кинь-Грусть.


К концу позапрошлого века «маточный сад» Кристеров насчитывал огромное количество сортов фруктов: более 450 яблок, 430 груш, 50 вишен и черешен, 20 персиков, 20 абрикосов и 25 видов винограда. Все это были отборные сорта, прошедшие акклиматизацию на Киевщине. По данным на 1900 год, продажа за сезон составляла до 50 тыс. фруктовых корней и до 100 тыс. декоративных. Совокупный ежегодный оборот фирмы «В. Кристер» достигал 100 тыс. рублей. Для тогдашнего садоводства — беспрецедентная сумма! Это притом, что цены на свой товар Кристеры никогда зря не завышали, а для нужд учебных заведений отпускали саженцы с большими скидками.


Бывшая резиденция Кристеров. Фото 2007 г.

Кристер-младший продолжал дело отца и в популяризации садового дела. По-прежнему выходили каталоги и все желающие получали практические советы. При питомнике даже проводились специальные ознакомительные курсы: тех, кто поработал и набрался опыта в приорском садоводстве, потом нарасхват приглашали садовниками в различные хозяйства — имя Кристеров служило лучшей рекомендацией.

Юлиуса Кристера не стало в 1916 году. К тому времени шла война с Германией. Садовое дело приходило в упадок, а начавшиеся вскоре бурные революционные события и вовсе положили конец былому процветанию.

Небоскребы вместо яблонь

До сих пор на Приорке, в районе Ветряных Гор, сохранилось название Кристерова горка, дошедшее до нас с тех незапамятных времен. Так именуют ландшафтно-парковую зону вдоль улицы Осиповского. Название попало даже на современные карты Киева.


Могила Эдмунда Кристера

В остальном память о Кристерах не особо сохранилась. Старожилы могут еще показать на Кристеровой горке место захоронения Вильгельма и Юлиуса Кристеров, но мраморные надгробия давно украдены. Больше повезло могиле Эдмунда: она уцелела на лютеранском участке Байкового кладбища.

На Приорке ландшафт изменился до неузнаваемости: от усадебных строений Кристеров мало что осталось. В жалком, полуразрушенном виде дошла до нашего времени семейная резиденция — красивый двухэтажный дом, построенный в 1880 году и богато украшенный узорной резьбой. Он оказался за глухим забором, на территории Института пищевой химии и технологии НАН Украины.

Часть территории хозяйства долгое время занимала агрофирма, считающая себя преемницей старинного питомника. Впрочем, в последнее время небольшой участок Кристеровой горки отдан под коммерческую застройку.

Так постепенно сокращаются озелененные пространства городских окраин, издавна служившие легкими Киева. Теперь уже не верится, что всего лишь сто лет назад усилия одной семьи могли сыграть решающую роль в обеспечении города фруктами и овощами, выращенными на местной почве.

 

Между прочим

Щедрость против наглости

Долгое время жизнь Приорки была настолько тесно связана с семейством Кристеров, что здешние обитатели были в курсе не только садоводческих, но и личных дел династии. Сохранились любопытные предания: одно из них повествовало о знакомстве Юлиуса Кристера с его будущей женой Пелагеей — верной и любящей спутницей до конца его жизни. Будто бы богатый садовод ехал по улице в своей коляске, и вдруг дорогу ему преградила девушка. Она поспорила с подругами, что не побоится заговорить с Кристером. Звонко хохоча, краса-девица потребовала у него денег на новые туфли. Он не стал жадничать: задорная молодица сразу понравилась ему. И через неделю она уже стояла под венцом об руку с Юлиусом.

Вы здесь:
вверх