логин:    пароль: Регистрация
Вы здесь:
  
Ставка на Кремль Виталий ПОРТНИКОВ - «Контракты» №33-34 Август 2008г.

Дмитрий МедведевПочему президент РФ Дмитрий Медведев призывает  «не кошмарить» частный бизнес. Но ничего нелогичного в президентском поведении как раз нет


Совладелец ЮКОСа Леонид Невзлин, вовремя перебравшийся из России в Израиль, заочно приговорен к пожизненному заключению. Финансовый директор компании «ТНК-ВР» Джеймс Оуэн подал в отставку из-за разногласий акционеров. Компания «Мечел» после двух кавалерийских атак премьер-министра Владимира Путина зализывает раны... Вот бизнес-события последней российской недели июля, причем происходят они, что уж совсем удивительно, на фоне назревающего конфликта между командами нового президента и премьер-министра России. Кому-то кажется, что к экономике этот конфликт не имеет особого отношения и это всего лишь элементарная борьба за власть. Но в России борьба за власть — это всегда борьба за деньги. Поэтому, если сегодня мы не разберемся в природе происходящего в соседней стране, то не поймем, как будет развиваться ее экономика в ближайшем будущем и, возможно, как будет развиваться бизнес в самой Украине.

Итак, краткая хронология событий вокруг ТНК-ВР. Британские акционеры компании не смогли договориться с российскими олигархами Виктором Вексельбергом, Леонардом Блаватником и Михаилом Фридманом, которые, не имея контрольного пакета акций компании, весьма уважаемы государством. Российская государственная машина обнаружила, что у главы компании Роберта Дадли нет необходимых документов для работы в России, вследствие чего ему пришлось отбыть в неизвестном британском направлении. Попытка премьер-министра Великобритании Гордона Брауна привлечь внимание Дмитрия Медведева к тому, что вокруг ТНК-ВР происходит что-то не то, успеха не принесла: либеральный российский президент посоветовал жить по закону. И вот теперь новая позиционная победа российских акционеров — отставка Джеймса Оуэна.

Краткая хронология событий вокруг Мечела. Премьер Путин выступает с жесткой критикой компании, после чего ее акции стремительно дешевеют. Президентский помощник Аркадий Дворкович пробует несмело вступиться за Мечел, утверждая, что компания Игоря Зюзина сотрудничает с антимонопольными ведомствами. Путин атакует снова — и акции Мечела снова падают. После этого первый вице-премьер Игорь Шувалов — пожалуй, главный конкурент Путина в борьбе за влияние на министров — говорит о важности поддерживать стабильность фондового рынка. И, наконец, сам президент призывает «не кошмарить» бизнес. СМИ сразу же объясняют: Медведев не имел в виду ничего, связанного с путинскими заявлениями, и речь идет «просто о борьбе с коррупцией». Но вне России мало кто сомневается, что слова президента прозвучали не просто так.


Итак, почему же в британском случае Медведев ведет себя если не как Путин, то как верный ученик Путина, а в случае с Мечелом — как либеральный правитель, пытающийся защитить бизнес от номенклатурных нападок?

Ничего нелогичного в президентском поведении как раз нет. Просто Медведев и его команда делают ставку на большой частный бизнес, предполагая, что именно олигархи (некоторые из них сыграли не последнюю роль в выборе преемника) помогут новому главе государства стать настоящим президентом. Поэтому Медведев просто обязан поддерживать Вексельберга, Блаватника, Фридмана и... Зюзина. Кстати, в свое время в ситуации с ЮКОСом первый заместитель главы Администрации президента Дмитрий Медведев тоже был среди чиновников, считавших, что государство не должно вмешиваться в бизнес-конфликт.

А Владимир Путин давно уже сделал ставку на государственные корпорации — именно в них он расставлял своих людей с начала президентства, именно их укреплением занялся после возвращения в Белый дом. Собственно, пример ЮКОСа убеждает: две группировки, ориентированные на большой частный бизнес и на государственное «предпринимательство», сформировались в российской номенклатуре давно. Но только сейчас они приобрели даже не политиков-лидеров, а разнонаправленные институции. И на самом деле развитие российской экономики будет зависеть от конкуренции между государственным и частным бизнесом и от того, кто одержит победу, когда дело дойдет до решительной схватки.

Но при чем же тут Украина — страна, где никакого государственного бизнеса нет и в помине, а если есть, то он никак не может оказать существенного влияния на формирование власти. А притом что в России олигархи вынуждены сплотиться и отстаивать свои интересы именно в страхе перед усилением роли государства. Так было во время вторых выборов Бориса Ельцина, когда испуг в связи с возможной победой кандидата коммунистов Геннадия Зюганова и реприватизацией заставил объединиться даже ненавидящих друг друга бизнесменов и так происходит сейчас, когда олигархи вынуждены искать поддержки в Кремле.

А у украинских олигархов необходимости объединяться нет. Поэтому они ставили и будут ставить на псевдополитические силы ради лоббирования своих бизнес-нтересов. А значит, хаоса в украинской политике и экономике не избежать. Как, впрочем, не избежать хаоса в экономике и политике российской, но уже, как видим, совсем по другим причинам.

Контракты №33-34 / 2008


Вы здесь:
вверх