логин:    пароль: Регистрация
Вы здесь:
  
Куда катится мир Елена СТРУК - «Контракты» №36 Сентябрь 2009г.

У МВФ появился повод для радости. Глобальная экономика выздоравлиет, уверяет главный экономист международной организации Оливье Бланшар. Признаки восстановления эксперт увидел в неожиданном росте некоторых развитых экономик, в частности, немецкой и французской.


Так, ВВП Франции и Германии во втором квартале 2009 года увеличился на 0,3% относительно первого, в то время как ВВП США и Великобритании замедлил падение. В целом темпы сокращения экономики ЕС замедлились до 0,1% по сравнению с предыдущим кварталом. В апреле–июне темпы падения ВВП США были самыми низкими за год: -1% в годовом выражении. Фискальные методы стимулирования экономики начали приносить первые плоды.

Впереди планеты всей

Одним из наиболее эффективных пунктов немецкой и французской антикризисных программ стала поддержка автомобилестроения как наиболее пострадавшей отрасли. В Германии каждый владелец старого авто (не менее 9 лет) мог поменять свою машину на новую, получив доплату в EUR2500. В результате продажи крупнейшего в Европе производителя автомобилей — компании Volkswagen — росли три месяца подряд. В июле 2009 года они увеличились на 6,7% по сравнению с предыдущим месяцем. Программа помогла не только автогигантам — был поддержан и потребительский спрос. По официальным данным, в II квартале 2009-го индивидуальное потребление во Франции выросло на 0,4%. «На поведение потребителей повлиял еще и спад цен», — добавляет министр финансов и экономики Франции Кристин Лагард.

Успех обмена старых автомобилей был настолько очевидным, что примеру европейцев последовали и жители Нового Света. По программе «Наличные за автостарье», на которую правительство США потратило $1 млрд, американцы купили уже 200 тыс. авто. Субсидия на новую машину составила $4500. На прошлой неделе власти решили выделить еще $2 млрд на поддержку программы. С введением автопремии нынешний июль оказался наиболее успешным с точки зрения продаж в этом году, хотя американский автомобильный рынок и просел в июле 2009-го на 12% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

Другим фактором восстановления немецкой экономики стал план поддержки рабочих (Кurzarbait), который был принят во избежание массовых увольнений и помог сохранить 400 тыс. рабочих мест. Компании вместо увольнений специалистов сокращали рабочую неделю (к маю 1,4 млн человек работали неполный рабочий день). При этом государство возмещало предприятиям часть зарплат неуволенных сотрудников. Программа обошлась Германии в EUR6 млрд, зато в июне 2009 года безработица уменьшилась на 0,1% (до 8,1%) по сравнению с предыдущим месяцем.

Государственные программы Германии и Франции оказались эффективнее планов других развитых экономик. Финансовый сектор этих стран в прежние времена развивался значительно консервативнее. Немецкие и французские банки, в отличие, например, от британских, были гораздо слабее вовлечены в спекулятивные операции и покупку производных ценных бумаг. Англия с ее мощным финансовым сектором оказалась в эпицентре финансового кризиса, как и США. На спасение банковской системы Британии пришлось потратить гораздо больше, чем Германии и Франции вместе взятым — более GBP1,5 трлн.

Выиграла Германия и от восстановления Китая, куда немцы в II квартале 2009-го нарастили поставки продукции. В июне 2009 года совокупный экспорт Германии вырос на 7% по сравнению с маем (рекордные темпы за последние три года), хотя и оставался на 22,3% ниже показателя 2008-го, французский экспорт увеличился на 1%. «В отличие от других европейцев у Франции и Германии не такая сервисная экономика. У них есть реально работающий индустриальный сектор, поэтому они быстрее вышли из рецессии», — объясняет исполнительный директор Международного фонда Блейзера Олег Устенко. Потребительские настроения в Германии улучшаются от одних только разговоров о росте экономики.

Экспортно ориентированные экономики с развитой системой социальной защиты населения (как Германия) быстро отреагировали на оттепель на внешних рынках и преломили негативную тенденцию развития. Экономики, основанные на потребительских расходах (как США), все еще не вышли в плюс. Но, возможно, на позитивных новостях им удастся запустить маховик экономического роста. В любом случае делать выводы о том, какая из двух моделей лучше справляется с кризисом, рано. Государства, рост которых во многом определяется конъюнктурой внешнего рынка, восстановятся не быстрее основных стран — торговых партнеров. Поэтому дорога Германии до докризисных экономических показателей, так же как и Франции, скорее всего, будет длинной.

Азиатское чудо

Азия, в отличие от скромных достижений США и ЕС в II квартале 2009-го, выстрелила. ВВП Китая вырос на 16,5% по сравнению с первым, Южной Кореи — почти на 10%, Сингапура подскочил на 21%, Индонезии — на 5%. Оживление производства впечатляет еще больше. Совокупный объем производства развивающихся азиатских экономик расширился на 36%. В инвестбанке Barclays Capital утверждают, что Азия стала единственным регионом, где выпуск товаров достиг докризисных показателей. Конечно, в основном за счет Китая, который и вытянул все экономики региона, в том числе японскую. ВВП Страны восходящего солнца добавил в II квартале 2009-го 0,9% по сравнению с предыдущим.

Азиатские развивающиеся экономики смогли достаточно быстро справиться со спадом. Кризис в этих странах лишь отчасти был спровоцирован финансовым коллапсом Америки. В 2008 году внутреннее потребление сжалось в первую очередь из-за высоких цен на нефть и подорожания продовольствия, а также более жесткой монетарной политики, призванной справиться с инфляцией. Рост Поднебесной, к примеру, начал замедляться еще до того, как мировые рынки перестали поглощать китайскую продукцию в прежних количествах. Власти ужесточили кредитную политику, чтобы предотвратить перегрев экономики. При этом фискальные стимулы оживили внутренний спрос: Азия влила рекордные деньги в экономику региона. По итогам июля текущего года Китай сумел выйти на первое место в мире по размерам автомобильного рынка, чему способствовало своевременное введение весной прошлого года налоговых льгот на покупку новых машин. Темпы роста продаж автомобилей в Поднебесной взлетели на 70,5%. «С такими резервами, как у Китая, можно творить чудеса», — признает Олег Устенко. Но отличилась не только КНР. Размеры господдержки Южной Кореи, Сингапура, Малайзии, Тайваня и Таиланда достигли, по крайней мере, 4% ВВП стран. При этом Bank of America Merrill Lynch прогнозирует, что региональный долг повысится лишь до 45% от ВВП. Помощь населению оказалась эффективнее, нежели в США и Европе. Местное население, не отягощенное огромными долгами, готово больше тратить, чем откладывать. Понимая это, банкиры предложили упрощенное кредитование и за семь месяцев 2009-го выдали займов втрое больше, чем за аналогичный период прошлого года.

Негативные факторы

В IV квартале 2008-го и I квартале 2009-го страны адаптировались к стрессу, спровоцированному резкой сменой модели глобальной экономики. До сентября прошлого года она ориентировалась в основном на наращивание потребления в долг. Но когда займы стали недоступными, производители не смогли просчитать реальный объем внутреннего спроса. «Поэтому на протяжении полугода происходило сокращение запасов», — объясняет управляющий директор группы компаний «Тройка Диалог» Евгений Гавриленков. Теперь же частное потребление, раньше базировавшееся на расширении кредитования, заместили наращиванием государственных инвестиций. Экономика откликнулась на стимулы, поскольку стал понятен новый уровень спроса.

Положительный момент кризиса в том, что мировая экономика возвращается к рациональным объемам потребления. Ведь предыдущие пять лет она ежегодно расширялась на 5%, что гораздо выше, чем привычные исторические 3–3,5% роста. «Кризис показал, что модель постоянного наращивания долга нежизнеспособна в длительной перспективе. Рано или поздно коррекция должна была произойти, равно как и поиск новой траектории развития», — говорит Евгений Гавриленков. А посему ориентироваться на докризисные максимумы больше не стоит. Признаком выхода из кризиса станет сбалансированный рост потребления, инвестиций, производства и экономики. Однако пока этого не произошло.

«Говорить о восстановлении мировой экономики все еще преждевременно. Скорее всего, глобальная экономика достигла дна. Главный вопрос сейчас, как долго она будет там находиться. Думаю, выздоровление окажется очень медленным и долгим», — полагает Олег Устенко. Несколько кварталов роста сменятся годами вялотекущего восстановления.

Потребление во многих странах продолжает снижаться. Одного Китая явно недостаточно, чтобы вытянуть мировую экономику. ВВП Поднебесной составляет лишь $4,4 трлн, в то время как валовой внутренний продукт США и Европы — по $14 трлн. Без их участия выздоровление невозможно. Но большинство экономик ЕС все еще в минусе. Серьезный звоночек для Европы — отсутствие утешительных новостей из Польши и Испании, где падение ВВП продолжается. США пока тоже не продемонстрировали феноменальных результатов. А ведь Штаты являются крупнейшим потребителем продукции. В 2008 году Америка на внешних рынках закупила товаров на сумму $2,2 трлн, или 13% от мирового импорта. Статистика неумолима. В июле розничные продажи в США сократились на 0,1%, что стало результатом дальнейших сокращений работающих (ежемесячно в Штатах без работы остаются около 600 тыс. человек) и высокого кредитного давления (каждый четвертый американец должен больше, чем стоит его дом). Неудивительно, что в II квартале 2009-го объемы частного потребления сократились на 1,2%, а частные инвестиции — на 20%.

Дальнейшее снижение объемов потребления не даст росту возобновиться быстро. Компании распродавали товарные запасы, сформированные в результате схлопывания спроса, и нынешний подъем вызван их восполнением. Но потом спроса может не хватить, чтобы предприятия смогли реализовать продукцию не со складов, а за счет вновь выпущенных товаров. Особенно если средства, выделенные государством, будут запираться в банках.

Есть еще несколько факторов, свидетельствующих в пользу медленного восстановления и U-образной его формы. Занятость во многих развитых странах все еще снижается. К 2010 году уровень безработицы повысится до 10%, что скажется на банковском секторе и потреблении. Негативно на спрос и частные инвестиции повлияет сокращение доли заемных средств, которое, по мнению финансиста Уоррена Баффета, по-настоящему еще даже не начиналось, ведь убытки финансовых организаций были национализированы. Способность банковской системы кредитовать все еще очень низкая. В странах с дефицитом текущего счета потребителям придется сократить расходы. «В развитых же государствах за время постоянного роста потребления население давно перестало откладывать. К примеру, карточные долги британцев в 1,5 раза превышают ВВП страны», — рассказывает Евгений Гавриленков. Сейчас же нужно погашать долги, иначе банкам придется их списывать, что будет означать замедление либо отсутствие роста экономики. Пока не восстановится баланс между активами и обязательствами финучреждений, возобновления кредитования ожидать не приходится. В то же время эффект от антикризисных мер, по прогнозам Уоррена Баффета, исчезнет в большинстве стран уже в начале 2010 года. «Мировая экономическая система будет находиться в неустойчивом состоянии ближайшие три года», — считает Олег Устенко.

Риски восстановления

Лекарством для экономики был огромный объем денег, направленных на оживление спроса и производства. По оценке МВФ, кризис стоил правительствам большой двадцатки $10 трлн, но закачанные в экономику ресурсы в период восстановления могут превратиться в яд. Тогда главной проблемой правительств станет резкий рост госрасходов и долгов, полагает Евгений Гавриленков. В МВФ подсчитали: долговая нагрузка увеличится на 40% (до 119,7%) к 2014 году по сравнению с 2007-м. К примеру, дефицит бюджета США уже в 2009-м может составить 12% — $1,8 трлн, а чистый долг вырастет с 41% до 56% ВВП. «Опасность гигантского дефицита — в инфляции, которая проявится с некоторым лагом в 2010 году и создаст дополнительное давление на национальные валюты. Поэтому как только экономический рост начнет набирать обороты, нужно отказываться от государственных программ поддержки», — полагает Олег Устенко.

Некоторые эксперты утверждают, что правительства сейчас используют методы выхода из рецессии, которые и спровоцировали кризис. «Последствия чрезмерного аппетита к риску лечатся попытками — небезуспешными — вновь этот аппетит разбудить», — говорит начальник аналитического отдела Сбербанка России Николай Кащеев. Когда программы будут свернуты, экономика получит все те же проблемы, с которыми до сих пор боролась, — очередной пузырь. Вероятность такого сценария невелика, считает Евгений Гавриленков. Процессы, приведшие к кризису в 2008 году, гораздо сложнее, чем наблюдаемые нами сейчас. «Тогда работало много механизмов, раздувавших пузыри на фондовом и сырьевых рынках, на рынке недвижимости. Виной их появления стала деятельность не банков, а регуляторов, создавших среду, в которой поощрялись риски», — говорит эксперт.

К примеру, США еще осенью 2001 года начали снижать учетную ставку (УС), чтобы стимулировать спрос, параллельно наращивая дефицит бюджета. В 2003-м УС упала до 1%, и деньги для финучреждений стали легкодоступными. В таких условиях на риски смотрят совсем иначе и раздают кредиты буквально всем, даже тем заемщикам, которые в нормальных условиях никогда не смогли бы претендовать на займы. Банки же, чтобы снизить риски, изобрели синтетический продукт: упаковывали ненадежные кредиты в производные инструменты и продавали их на рынке, заражая глобальную финансовую систему. Производные ценные бумаги выступали в роли квази-денег, и их в экономике оказалось так много, что с II квартала 2006-го Федеральный резерв ради всеобщего спокойствия закрыл сведения и перестал публиковать информацию о таких деньгах.

«Когда же оказалось, что истинная их цена не так высока, возник дисбаланс между активами и обязательствами. Сейчас он, по сути, и восполняется печатанием реальных дензнаков. Поэтому я не стал бы говорить, что раздувается очередной пузырь», — утверждает Евгений Гавриленков. С аналогичными проблемами Япония столкнулась в 1990-х годах, но после схлопывания перегретых рынков новых пузырей не появилось, хотя государство не переставало вливать в экономику деньги. Страна восходящего солнца десять лет боролась со стагнацией.

Профессор Нью-Йоркского университета Нуриэль Рубини уверен, что трудности будут в любом случае: и при отказе от антикризисных стимулов, и при их продлении. Если регуляторы попробуют бороться с растущими дефицитами бюджетов, повышая налоги, они подорвут восстановление. В то же время, оставив без внимания огромные разрывы между доходами и расходами казны, усилят инфляционные риски, что может подавить экономический рост.

Вы здесь:
вверх