логин:    пароль: Регистрация
Вы здесь:
  
Не в обиде Елена СТРУК - «Контракты» №50 Декабрь 2009г.


Деньги лечат

Здравоохранение — одна из основных сфер деятельности многих благотворителей. Частные лица и

благотворительные организации направляют средства на улучшение инфраструктуры медучреждений,

покупку препаратов и оборудования для больниц. Впрочем, эффект от таких социальных инвестиций

нередко оказывается низким. Дорогое оборудование, получаемое медицинским заведением, может

годами стоять нераспакованным. О финансировании обучения медперсонала, а также о гарантийном и

постгарантийном обслуживании, закупке расходных материалов, программного обеспечения для

техники благотворители часто забывают. А больницы не спешат брать оборудование на баланс,

поскольку опасаются, что государство урежет им финансирование из бюджета. «В здравоохранении

нужно менять систему. Просто разбрасывать деньги, как делают некоторые благотворители, нельзя»,

— рассуждает директор Центра филантропии Светлана Куц.

Впрочем, есть примеры и долгосрочных, системных программ. Так, фонд Рината Ахметова «Развитие

Украины» реализует серьезные онкологические и туберкулезные проекты. Общий бюджет программы

«Остановим туберкулез» с 2006-го по 2011 год — 100 млн грн. В 2008-м фонд запустил программу по

современной диагностике и лечению рака (в Украине 900 тыс. онкологических больных), на которую

в течение четырех лет потратят более 300 млн грн. Проблемой рака молочной железы занимается и

фонд «Здоровье женщины и планирование семьи», созданный доктором медицинских наук Галиной

Майструк. Фонд Виктора Пинчука осуществляет программу создания центров помощи новорожденным —

всего на открытие 19 центров в разных областях Украины эта благотворительная организация

направила свыше 30 млн грн. Виктор Пинчук также сотрудничает с фондом Елены Франчук «АнтиСПИД»,

потратившим в 2008-м на борьбу с ВИЧ более 6 млн грн. Фонд Петра Порошенко оказывает помощь

людям с сахарным диабетом.

Но самый масштабный благотворительный проект в сфере здравоохранения — «Детская больница

будущего». Ультрасовременный комплекс, возводящийся под патронатом Екатерины Ющенко и фонда

«Украина 3000», должен был принять первых пациентов уже в 2009 году, но строительство только

начинается. Фонду удалось собрать более 100 млн грн пожертвований из необходимых 600 млн грн.

Умные инвестиции

На развитие образования чаще всего жертвуют мелкие благотворители. Средства таких филантропов,

как правило, направляют на решение текущих проблем школ и детских садов: ремонт, покупку нового

оборудования и мебели, обновление библиотек. Образовательные программы реализуют и крупные

корпоративные, а также операционные фонды, хотя зачастую они тратят на них не так много

средств, как, например, на медицинские программы. К примеру, фонд «Украина 3000» на

образовательные проекты выделил в 2009 году 520 тыс. грн, тогда как бюджет только одной

медицинской программы «От больницы к больнице» составил 2,5 млн грн.

Частные фонды помогают высшим учебным заведениям, учреждая, к примеру, стипендии. Фонд братьев

Кличко поддерживает студентов непопулярных профессий — экологов, философов, историков. Фонд

Виктора Пинчука основал стипендиальную программу «Завтра.ua», в рамках которой сотрудничает с

54 украинскими вузами. Более 300 студентов получают от фонда стипендии и финансовую поддержку

для реализации творческих, научных и других проектов. Образовательное направление — одна из

основных сфер деятельности фонда, который совместно с Консорциумом экономических исследований

основал Киевскую школу экономики. При поддержке благотворительной организации молодые

соотечественники могут получить степень магистра в иностранных университетах по тем

специальностям, которые фонд считает приоритетными для развития Украины. В 2009–2011 гг. — это

сельское хозяйство, окружающая среда и экология, право и государственное управление.

Большинство грантов покрывает до 60% стоимости обучения. Фонд Рината Ахметова «Развитие

Украины» финансирует первую в стране докторскую программу в Киево-Могилянской академии, а также

Школу журналистики цифрового будущего. На этот проект организация уже потратила 4 млн грн.

Помощь от благотворительных фондов и меценатов превращается в серьезный источник

финансирования. «Государство обеспечивает лишь 14% потребностей вуза в средствах, в лучшем

случае — 40%. Поэтому мы пытаемся системно работать с меценатами как в Украине, так и за

рубежом, планируем расширять отдел по фандрайзингу», — рассказывает президент Киево-Могилянской

академии Сергей Квит. Самым масштабным проектом, реализованным вузом при поддержке

благотворителей, стало создание бакалаврской библиотеки. Фундация Татьяны и Омеляна Антонович

пожертвовала на ее восстановление $1 млн. Но чаще всего университетам помогают их выпускники.

По словам Сергея Квита, особого интереса к образованию у меценатов нет, поэтому только самым

активным вузам удается привлечь благотворителей.

Культурные меценаты

Среди меценатов, покровительствующих культуре, в основном ценители искусства и коллекционеры,

которые чаще всего реализуют точечные проекты. «Безусловно, есть категория благотворителей,

которые понимают, что без духовности не будет полноценной жизни», — рассказывает Владислав

Пиоро, директор культурологических программ фонда «Украина 3000».

Признанный меценат современного искусства — Виктор Пинчук, открывший в Киеве Центр современного

искусства. Его фонд поддерживает молодых украинских художников, организовывая выставки-

конкурсы, победители которых получают возможность стажироваться у мировых мастеров. Кроме того,

эта благотворительная организация оказывает помощь днепропетровскому камерному оркестру «Пори

року» и оркестру «Виртуозы Москвы» Владимира Спивакова.

Предприниматель Игорь Воронов, совладелец СК «Кредо-Классик», помогает вывозить работы

украинских мастеров на иностранные выставки и аукционы. Фонд содействия развитию Национального

художественного музея, учредителями которого стали бизнесмены Игорь Митюков, Петр Багрий, Филя

Жебровская и др., поддержал 25 выставок. За средства меценатов была расширена экспозиция самого

музея. К примеру, Петр Багрий подарил музею работу известного украинского авангардиста

Александра Архипенко «Женская фигура», приобретенную им на Венском аукционе. Отечественное

книгопечатание часто финансируют фонды украинских эмигрантов, в частности Фундация Татьяны и

Омеляна Антонович, а также Фонд Эрнеста и Наталии Гуляк, учредившие нескольких литературных

премий.

Крупные фонды заботятся о сохранении культурного наследия. Фонд Рината Ахметова выделяет

средства на реставрацию Дома митрополита в Национальном заповеднике «София Киевская». В 2008

году фонд начал масштабный проект по восстановлению Национального музея архитектуры и быта в

Пирогово. За счет денег Вадима Новинского был создан памятный знак «Молитва Украине» в

заповеднике «Гетманская столица». Сергей Тарута, известный коллекционер древностей трипольской

культуры, — основатель музея «Платар».

«Мелкие проекты крупным меценатам часто неинтересны», — признает Юрий Круликовский, директор

Фонда содействия развитию искусства, который долгое время не мог собрать 150 тыс. грн на

памятник Михаилу Булгакову в Киеве. Да и некоторыми крупными проектами (восстановление

Батурина, строительство комплекса «Мистецький арсенал») бизнесмены нередко занимаются под

давлением Виктора Ющенко. При этом большинство культурных инициатив, поддерживаемых украинскими

меценатами, сконцентрированы в столице. Но есть и исключения. Петр Писарчук занимается

восстановлением Золочевского замка (Львовская обл.). Эдуард Шифрин, а также Фонд «Патриот

Запорожья», созданный Евгением Черняком, финансировали реставрационные работы в Национальном

заповеднике «Хортица».

Семейные ценности

Многие фонды стараются не оставлять без внимания проблемы детей-сирот. Формат помощи

практически у всех организаций один и тот же: приобретение оборудования, продуктов,

медикаментов для детских домов, детских домов семейного типа и т. д. Реже фонды финансируют

оздоровительные или туристические поездки детей-сирот, оплачивают их обучение, медицинские

операции, лечение детей-инвалидов. При этом благотворительные организации часто сопровождают

свои акции широкой PR-кампанией.

По словам заместителя министра по делам семьи, молодежи и спорта Татьяны Кондратюк, практически

все фонды в Украине за редким исключением направляют свою помощь и средства на преодоление

последствий проблемы, а не на ее предупреждение. Не все организации готовы реализовывать

комплексные программы длительностью два-три года.

К примеру, фонд «Развитие Украины» активно занимается проблемами усыновления и за год

реализации проекта «Семейные формы воспитания» уже создал четыре детских дома семейного типа.

Совместно с ВОО «Магнолия» фонд создал программу «Этому ребенку нужна семья», в рамках которой

публикует истории детей, ищущих родителей. Распространением семейных форм воспитания детей-

сирот, а также созданием детских домов семейного типа занимается и Фонд Александра Фельдмана.

Не менее активны в этом направлении фонды «Благополуччя дітей», «Надія та житло для дітей», а

также украинские представительства международных благотворительных организаций (ПБО «Кожній

дитині», Холт Интернешнл).

«Сотрудничество благотворительных организаций с государством в информировании населения о

проблемах усыновления, в вопросах подготовки усыновителей, в процессе социального мониторинга

таких семей могло бы способствовать более эффективному развитию в Украине семейных форм

устройства, воспитания детей-сирот и детей, лишенных родительской заботы», — говорит Татьяна

Кондратюк.

По данным Министерства по делам семьи, молодежи и спорта, число приемных родителей в Украине за

два-три года выросло в несколько раз. Только за последний год в Украине в приемные семьи и дома

семейного типа устроены 7,6 тыс. детей, еще 1,5 тыс. были усыновлены. Впрочем, как говорит

Татьяна Кондратюк, сейчас вопросы усыновления находятся в исключительном ведении государства и

говорить об участии благотворительных организаций в этом процессе надо с большой осторожностью,

принимая во внимание и негативный опыт. Ведь под видом благотворительных организаций нередко

действуют посредники, использующие коррупционные схемы при усыновлении.

Спешат на помощь

Благотворительные фонды, бизнесмены и мелкие доброхоты, как правило, откликаются на частные

просьбы о помощи при общенациональных трагедиях. Так, благотворители материально участвовали в

ликвидации последствий взрыва в Днепропетровске и Евпатории, аварий на шахтах, урагана во

Львовской области и наводнениях в Закарпатье, Ивано-Франковской и Львовской областях.

Обычно такие фонды организовывают доставку продуктов питания в населенные пункты, финансируют

восстановление инфраструктуры, оказывают адресную материальную помощь пострадавшим.

«Человеческое горе, транслируемое медиа, привлекает большое внимание. Эмоции срабатывают, и

благотворители всегда помогают пострадавшим. Но что касается системной работы, то здесь

возникают проблемы», — признает Светлана Куц. Средства от государства и частных благотворителей

получают сразу несколько ведомств, при этом чиновники не разрабатывают единой программы

ликвидации последствий катастроф. Отследить эффективность использования ресурсов очень сложно.

Поэтому крупные фонды стараются сами контролировать расходование средств.

Вы здесь:
вверх