логин:    пароль: Регистрация
Вы здесь:
  
Безумству смелых Виталий ПОРТНИКОВ - «Контракты» №1-2 Январь 2010г.

Президентские выборы, которые многим кажутся — и могут оказаться — очередной клановой пересменкой, — это еще и шанс. Шанс на изменение страны, на новую повестку дня, на предложение реальных изменений. Был ли такой шанс у Украины в прошлом? Политически он, возможно, был упущен в 2004 году. Экономического шанса не было никогда. Но и наличие такого шанса — еще не гарантия развития страны.


В конце прошлого года, в разгар украинской предвыборной кампании, умер Егор Гайдар — человек, с именем которого отождествляется как раз российский экономический шанс. У его гроба в траурном зале Центральной клинической больницы можно было увидеть не только оппозиционеров и сторонников либеральных политических партий. Проститься с коллегой пришли и вице-премьер Александр Жуков, и вице-премьер и министр финансов Алексей Кудрин, и глава Сбербанка Герман Греф. На первый взгляд, присутствие ведущих министров премьера Владимира Путина на прощании с человеком, как бы олицетворяющем в сознании россиян так называемые лихие 1990-е, многократно демонизированные в годы шальных нефтяных доходов, выглядит парадоксальным. Но если задуматься, ничего парадоксального в этом нет. Проститься с Егором Гайдаром пришли не дежурные пропагандисты, а экономисты, прекрасно понимающие, что именно его реформы и создали ту систему хозяйствования, в которой они сегодня находятся. И его успехи, и его неудачи, и его попадания в цель, и его ошибки — это и есть современная российская, более того, постсоветская экономика. В годы нефтяного бума могло показаться, что все обстоит иначе, что появилась некая новая «путинономика», основанная на наивной вере россиян в то, что Россия — это огромный Бахрейн, где можно просто продавать сырье и покупать себе все необходимое, согласно занимаемому положению во власти и обществе. Но экономический кризис отрезвил: стало ясно, что реформы нельзя заканчивать и отказ от развития может завести страну в тупик. И теперь о модернизации говорят уже на самом высоком уровне. Да, пока говорят, а не делают. Но уже очевидно, что, если российская власть действительно не займется реформированием страны, рано или поздно ей придется сдавать дела.

Кончина Егора Гайдара накануне нового года — это не просто конец эпохи. Эпоха описала некий круг. Начало его карьеры пришлось на полное банкротство власти, медлившей с экономическими преобразованиями до полной катастрофы пришедшего в негодность хозяйственного комплекса. Решения приходилось принимать буквально в авральном порядке, и, пожалуй, именно этим российские реформы отличаются от реформ в странах Центральной Европы, где удавалось действовать по более продуманному плану. И не в присутствии сохранивших влияние на власть номенклатурщиков, красных директоров и бизнесменов из КГБ. Именно этот вынужденно авральный процесс принятия решений и привел к аллергии на реформы — и у общества, и у власти. И как только стали повышаться цены на энергоносители, о необходимости реформирования страны забыли как о страшном сне. Главной идеей пребывания у власти Владимира Путина стало ничего не трогать руками и распределять растущие на нефтяном дереве золотые. Кризис показал всю иллюзорность представлений об успешном сидении на печи.

Современная российская власть своей медлительностью в реформировании нынешней экономики напоминает власть союзную. Рано или поздно разговоры закончатся, и уже новому Гайдару придется принимать решения в авральном порядке. И кончина первого российского реформатора просто об этом напомнила. У его гроба люди, руководящие экономикой большой страны сегодня и по рукам и ногам связанные самоуверенностью и невежеством собственного большого начальства, могли еще раз вспомнить время, когда президент принимал на себя ответственность за реформы, а министры могли думать не только о клановых интересах и обслуживании утопичных политических схем. Но такое время обязательно наступит — или в российской истории только эпоха Ельцина и Гайдара останется отчаянной попыткой изменить и осовременить заглохшее государство.

Эта закольцованная эпоха, конечно же, касается не только России. Она касается и Украины в той же мере. Да, у нас не было гайдаровских реформ, но глобальные изменения в постсоветской экономике, происшедшие вследствие российского сдвига, предопределили развитие Украины по схожей модели. Не говоря уже о том, что российское энергетическое успокоение совпало с украинским металлургическим. Подумать только: даже очевидное несходство политических процессов, ярко проявившееся в 2004 году, не привело к экономической модернизации Украины! Ее новые лидеры просто сидели и ждали, когда грянет гром, в уверенности, что хорошая погода обеспечена. А теперь валят друг на друга ответственность — и никто, практически никто из фаворитов президентской предвыборной гонки не говорит и реально не планирует проведение реформ! Между тем Украине нужно то же, что и России: президент, способный взять на себя ответственность за непопулярные решения, и квалифицированное правительство, способное думать не о клановых интересах и обслуживании утопичных политических схем, а о стратегии развития страны. Есть ли такие люди в президентской гонке? Риторический вопрос.

Вы здесь:
вверх