логин:    пароль: Регистрация
Вы здесь:
  
Маниакально–депрессивный синдром Владимир ЗОЛОТОРЕВ - «Контракты» №46 Ноябрь 2010г.

Партия регионов проиграла, потому что победили местные элиты, пришедшие к власти под ее покровительством.


Куда были выборы
Вопреки своему названию, так называемые местные органы власти не имеют никакого отношения к местному самоуправлению. Местная власть — это просто филиалы центральной власти на местах. Да, юридические взаимоотношения местных и центральных органов власти достаточно запутанны для того, чтобы могла возникнуть и существовать иллюзия некоторой самостоятельности, но в реальности никакой самостоятельности нет. С одной стороны, это утверждение противоречит распространенному убеждению о том, что «на местах вытворяют что хотят». Но на самом деле не противоречит, а объясняет.

Местное самоуправление в его нормальном виде означает, что местные жители для решения местных проблем организуют местные органы власти, опирающиеся на местные ресурсы. Когда эти условия соблюдены, местная власть оказывается в полной зависимости от местной общины. Согласование интересов разных общин в этом случае происходит за счет наличия национального законодательства и партийной системы. То есть человек, живущий в конкретном месте, имеет в своем распоряжении несколько властей: непосредственно местную, местную ассоциированную (в случае федерации и т. п.) и национальную. Эти власти существуют как бы параллельно друг другу, они опираются на разные налоги и выполняют разные функции. В идеале властные функции, налоговая база и ресурсные потоки не должны пересекаться между собой. В рамках страны все это связывают партии, которые сама ситуация вынуждает на уровне стратегий (предвыборных программ) согласовывать интересы разных территорий.
Понятное дело, что в Украине ничего такого нет. Здесь действует система «сначала все забираем, затем распределяем, а потом раздаем», в которой паразитирование осуществляется на всех трех этапах. Паразитирование — это, конечно, искусство, а не некий встроенный параметр (если бы чиновниками были роботы, паразитирования бы не было, но ничего бы вообще не работало), но оно невозможно без специфического устройства политико-правовой машины.
Главной характеристикой этого устройства является безответственность. На уровне институтов она обеспечивается очень тщательно. Классика жанра — наша смешанная система из президента и премьера. На последних выборах мы познакомились с абсурдной маниакально-депрессивной избирательной системой (маниакальной в своей списочной части, депрессивной — в мажоритарной). Разные системы выборов порождают разные особенности того, что получается в итоге. Пропорциональные хороши там, где нужны политические и законодательные функции, и там, где исполнительная власть формируется через представительский орган. Мажоритарные необходимы там, где важна представительская функция. Но объединять две системы в выборах в один и тот же орган власти — это идиотизм. Выбранный таким образом орган работать не будет. Зато с такого органа практически невозможно ничего спросить.
В общем, местная власть по-украински в достаточной степени зависит от Киева, чтобы сваливать все беды на него, и в достаточной степени независима, чтобы «решать вопросы». Имеет для этого небольшую финансовую базу и в то же время участвует в потоках «в Киев из региона» и «из Киева в регион». Эта власть ничем не отличается по своему реальному устройству и реальным функциям от любой другой украинской власти. Наша местная власть — это своего рода «министерство по окучиванию территорий», но никак не местное само-управление.
Все это — главная причина того, что выборы, как отмечали наблюдатели, прошли на высоком безыдейном уровне, не было ни новых идей, ни нового содержания. Оно и понятно: откуда в такой системе этому всему взяться, здесь все выборы — это выборы одного и того же.

Кого были выборы
Вряд ли избиратель в полной мере отдает себе осознанный отчет, с чем он имеет дело на выборах, но опыт и интуиция его точно не подводят. Поэтому контингент кандидатов оценивался исходя из этих знаний. Выбирались «решатели вопросов», которые могли бы обеспечить наилучший баланс в путанице полномочий и финансовых баз. Для местных элит выборы состояли в ответе на вопрос: кому и как теперь использовать возможности политической власти и кто будет контролировать и распределять потоки из Киева и в Киев.
В итоге основное содержание выборов состояло в борьбе между собой местных элит под флагами элит «общенациональных». Это одна из причин той пестрой политической картины, которую мы получили. Однако участие партий и списочная составляющая добавили к этой картине новые краски и элементы композиции. Поэтому последствия выборов имеет смысл анализировать отдельно — для маниакальной (партийно-национальной) и депрессивной (местной) составляющей.

Депрессивные последствия
Эти последствия в наибольшей степени скрыты и подробно известны только местным специалистам в местных делах. Тем не менее можно сделать несколько общих наблюдений.
Во-первых, мы убедились в том, что так называемый административный ресурс — малоуправляемая из Киева штука. Это преимущественно местные инициативы. Поражающий воображение масштаб манипуляций и не менее изумительная находчивость, проявленная в этом деле, не могли быть результатом работы одного штаба. Для Партии регионов, похоже, единственным требованием было «чтобы Юльки тут не было», да и то это требование было реализовано не везде. В остальном можно сказать, что для многих мест верно утверждение: не Партия регионов проводила выборы, а Партию регионов использовали в выборах.
Во-вторых, мы увидели, что собственно местная проблематика с трудом поддается актуализации. Поясню: все эти экологические и прочие местные проблемы — это следствия, а не причины. О причинах пока никто не говорит дальше нулевого уровня «злочинна влада». Хорошей новостью здесь, безусловно, является то, что если местные выборы и дальше будут проходить отдельно от всех прочих, то до причин дело таки дойдет.

Маниакальные последствия
Эта категория следствий обсуждается наиболее широко. Первый вывод, который можно сделать: Украина в разной степени склонна к маниакальности и депрессии. Запад страны удивительно маниакален. Его волнуют национальные абстракции и то, что в Киеве говорят по-русски. Поэтому здесь побеждает Свобода. Остальная часть Украины более депрессивна. Ее интересуют «чисто конкретно» местные решатели местных проблем. Именно здесь — в Харькове, Запорожье и Одессе — мы видим жесткую конкуренцию мэров.
Второй вывод: на маниакальном уровне отмечается явный проигрыш Батькивщины. Манипуляции манипуляциями, но Юлия Тимошенко в роли оппозиции не сделала ничего полезного, поэтому ее результат, конечно же, неудивителен.
Возможно, результат Батькивщины приведет ее к полному упадку. Это означает исчезновение двухпартийности и, возможно, поиски новой «любимой оппозиции» для власти.
Третий вывод: Партия регионов, можно сказать, не выиграла выборы. Думаю, для многих теперь стало наконец-то ясно, что не ПР пришла к власти на местах, а под видом ПР пришли к власти местные элиты, которые так же легко покинут эту партию, как и пришли в нее. Партийная дисциплина типа «партбилет положишь!» работает до определенного момента. Смена партийности и получение должности — это все-таки две разные процедуры, и сила их находится в совершенно разных источниках. Как только чиновник увидит, что смена партийности уже не грозит автоматическим отъемом должности, он легко поменяет партийность.
Четвертый вывод: оппозиция не выиграла выборы. На западе  Свобода просто заменила собой Батькивщину. На востоке оппозиция вообще оказалась очень слаба. Разочарование в ПР — это общенациональный эффект, но на востоке он не получил какого-то четкого выражения. Добавим сюда большой процент людей, которые пошли на выборы специально, чтобы проголосовать против всех, а также большой процент тех, кто вообще решил не идти. И те и другие явно не довольны тем выбором, который им предлагается.
Дальнейшие сценарии власти
То, что будет делать власть после местных выборов, укладывается в два сценария, опять-таки по маниакальному и депрессивному типу. Выбор сценария будет зависеть в том числе и от того, чем закончится формирование власти на местах.
Маниакальный тип предполагает, что подготовка к парламентским выборам будет осуществляться на базе действующего закона. В этом случае на местную власть ложится задача «правильной» организации предвыборной кампании. Минусом этого сценария является отсутствие оппозиции. Непонятно, кто теперь будет виноват в том, что у ПР ничего не получается. Другим минусом станет то, что в будущий парламент попадут Яценюк, Тигипко, Тягнибок и прочие вроде бы демократы. Им, в отличие от той же Батькивщины, нужно будет постоянно доказывать, что они есть и что они кому-то нужны. С другой стороны, даже если ПР не получит много голосов на выборах, в реальном раскладе власти это лишь несколько усложнит формирование правительства. Конституции больше нет, так что беспокоиться о большинстве и прочих глупостях не нужно.
Наиболее вероятным является депрессивный сценарий. Он уже фактически реализуется. Отмена Конституции, отделение Виктора Януковича от остального политикума и государства ясно говорят об этом. Этот сценарий означает возвращение к системе Леонида Даниловича Кучмы — принципиально беспартийной, политически и идеологически неопределенной. Президент здесь является главным решателем вопросов, тем, кто находится вне схватки, над партиями и политическими силами. «Партии власти», которые периодически возникают в такой системе, являются дополнительным барьером ответственности. Когда у них вырабатывается ресурс, их «сдают» на радость населению. Похоже, что этот сценарий будет реализован и в отношении ПР. Нам скажут, что Партия регионов себя не оправдала, поэтому президент инициирует нечто очередное национально-спасательное, «с участием всех политических сил доброй воли». В этот сценарий хорошо укладываются и намерения ПР переделать избирательный закон по опять-таки маниакально-депрессивной смешанной системе.
В случае реализации этого плана у власти исчезают проблемы с оппозицией, ввиду того что исчезает сама власть как некое политическое и идейное целое. Государство превращается в набор чиновников, часть из которых просто избирается на выборах. С точки зрения власти этот сценарий кажется предпочтительнее, однако он ничего не меняет в отношениях власти и народа. Да, людям будет труднее идентифицировать власть, но это не означает, что они ее полюбят. Наоборот, система, в которой нет виноватых, означает, что виноваты все. Боюсь, это может иметь самые неприятные последствия.

Вы здесь:
вверх