логин:    пароль: Регистрация
Вы здесь:
  
Кто это сделал Андрей ПОРЫТКО - «Контракты» №48 Ноябрь 2010г.

Кому и для чего понадобилось принять такой Налоговый кодекс.


В процессе принятия Налогового кодекса обращали на себя внимание две вещи. Первая — это поспешность, с которой он принимался. Вторая — абсолютная глухота протагонистов НК к любым замечаниям и критике. С единственным, наверное, исключением — правительство все-таки прислушалось к замечаниям, высказанным МВФ. Поспешность принятия явно сырого НК объясняется одним: он был очень нужен. Но, конечно, не с той целью, которая официально декларировалась.

Что касается официальной позиции, то недавно назначенный глава Комитета ВРУ по вопросам налоговой и таможенной политики Виталий Хомутынник заявлял, что в Налоговом кодексе заложен механизм, который будет стимулировать предпринимательскую активность и поможет вывести бизнес из тени. Таким механизмом депутат Хомутынник, исходя из его высказываний на телеканале «Украина», считает то, что «у любого предприятия, имеющего оборот до 3 млн грн, будет возможность перейти на упрощенную систему налогообложения».
Если это не прямое вранье, то как минимум сознательная манипуляция. Так как, во-первых, далеко не «любое» предприятие сможет воспользоваться такой льготой. Пунктом 154.6 НК установлен ряд ограничений для таких предприятий, в частности, перечень из 19 видов деятельности, которым такая льгота недоступна. Во-вторых, манипуляцией является использование термина «упрощенная система налогообложения». Согласно кодексу, упрощенная система налогообложения для юрлиц недоступна вообще. То, о чем говорит Хомутынник, — это нулевая ставка налога на прибыль. То есть предприятие ведет полный, а не упрощенный учет, формально является плательщиком налога на прибыль — только по нулевой ставке, да еще и постоянно принимает у себя гостей из налоговой, которые так и норовят найти основания перевести его с нулевой ставки на полную, да еще и начислить штраф, угрожая руководству статьей за уклонение от налогообложения.
Трудно понять, исходя из общепринятой логики и утверждения Хомутынника о том, что если из тени (в которой сейчас, по его оценкам, находится 40–50% ВВП) выйдет хотя бы 10% бизнеса, то это приведет к поступлению в бюджет 40 млрд грн. По его же словам, это должно с лихвой перекрыть дефицит Пенсионного фонда (27 млрд грн). Во-первых, откуда эти деньги возьмутся в 2011 году и на протяжении четырех последующих, если «любое предприятие» будет платить прибыль по ставке 0%? Во-вторых, если отождествлять ВВП с поступлениями в бюджет... ну, с такой методикой его можно считать и не в гривне, а, скажем, в киловатт-часах или килограммах на квадратный метр. А судя по всему, глава парламентского комитета именно так и считает, что весь ВВП поступает в бюджет. Так как цифра 40 млрд грн как раз и получается, если от планового ВВП в этом году (1 трлн грн) взять 40%, а из них потом еще 10%. В-третьих, что за минимализм? Зачем было огород городить ради 10% выхода из тени? Почему было не принять такие законы (не только налоговые), чтобы тени не осталось вообще?
Но власть не просто манипулирует. Власть врет. Вот примеры. Премьер-министр Николай Азаров заявил: «Никаких новых проверок не будет». И тут же в НК во втором чтении появляется понятие «фактические проверки» (п. 75.1). Кстати, автор этой новации — не кто иной, как вышеупомянутый глава Комитета ВРУ Виталий Хомутынник. Появляться на предприятии налоговики (как минимум двое — п. 80.7) будут без предупреждения (п. 80.1) и будут оставаться на протяжении 10 дней, с возможностью продлить этот срок еще на пять дней (ст. 82). Перечень оснований для проверки установлен пунктом 80.2, среди них есть, например, «письменное обращение покупателя (потребителя), оформленное в соответствии с законом».
Вице-премьер-министр Сергей Тигипко сказал: «Ни в одном варианте Налогового кодекса речи о кассовых аппаратах для упрощенцев не было». Если это не вранье, то неосведомленность, что в случае настолько высокопоставленного государственного чиновника означает вопиющую некомпетентность. В проекте НК под номером 6509 обязательность регистратора расчетных операций (РРО) для абсолютного большинства упрощенцев устанавливалась ч. 21 п. 21 Заключительных положений, которая вносила изменения в ст. 9 Закона о РРО. Согласно принятому кодексу, РРО для упрощенцев не обязательны — но это не значит, что «о них речь не идет». Манипулирует правдой вице-премьер и тогда, когда говорит, что причиной массового недовольства предпринимателей Налоговым кодексом является то, что «большой поток контрабанды идет, реализуется через такие предприятия». Какое отношение имеют правила налогообложения малого и среднего бизнеса к окнам на границе? Чтобы закрыть окна — и осушить денежный поток, который начинается ручейками на пограничных переходах, а заканчивается в высоких киевских кабинетах, — надо предпринимать совсем другие меры, чем изменение способа налогообложения частных предпринимателей.
Можно ли считать наивностью высказывания главы Госкомпредпринимательства, что протесты предпринимателей имеют заказной характер и куплены оптимизаторами, у которых много лишних денег? Предупреждения о предстоящих протестах появились еще в июне, поэтому сейчас поздно делать большие глаза. Утверждение о том, что протесты куплены, — это аргументы уровня «наколотых апельсинов» и «15 долларов в час», которые мы помним с 2004 года. Как и утверждения, что протестующие «в глаза не видели кодекса».
Самая большая неправда — это слова о том, что «правительство максимально открыто для диалога и критики», что каждый, кто хочет внести конструктивные изменения в законопроект, будет выслушан. К предыдущему главе Комитета ВРУ по вопросам налоговой и таможенной политики Сергею Терехину можно относиться по-разному. Но его замечания к разделу І кодекса, как и к другим разделам, не только справедливы, но и конструктивны. Однако голосование за проект кодекса (которое власть постаралась провести максимально тайно и даже не согласилась транслировать обсуждение на площадь перед Верховной Радой) показало, что провластное большинство не собирается напрягать мозг, разделяя замечания на конструктивные и неконструктивные. Во внимание принималась лишь фракционная принадлежность их авторов.
Кстати, согласно ст. 84 Конституции Украины, голосование на заседаниях Верховной Рады осуществляется народным депутатом Украины лично. Конституционный Суд в решении от 7 июля 1998 года № 11-рп/98 разъяснил, что депутат не может никому передать свое право голосовать. Согласно этому решению, практика голосования одного депутата за другого не имеет юридических оснований, является нарушением установленной Конституцией процедуры и, соответственно, основанием для признания принятых таким путем актов неконституционными.
Конечно, в новой стране, которую строит эта власть, можно предусмотреть другую процедуру голосования. Например, не бюллетенями, не карточками, а прикладыванием пальца к сенсору. Это могло бы гарантировать непосредственное участие депутата в голосовании. Если же депутат не захочет обременять себя посещением пленарных заседаний, он сможет делегировать руководителю фракции... палец, как это принято у японских якудза. Это бы хорошо иллюстрировало сущность такой власти.
Вот только зачем в таком случае и вообще при пропорциональной избирательной системе нужен такой большой депутатский корпус?
Что же касается вопроса, зачем нужно было принимать Налоговый кодекс, который уменьшает наполнение бюджета, ставит субъектов хозяйствования в неравные условия, потенциально увеличивает безработицу и уменьшает конкурентоспособность Украины на мировом рынке, то на него уже ответили сами протестующие предприниматели. Если одну часть из них выгнать из бизнеса, а другую заставить жить в постоянном страхе перед «фактической проверкой» — руководить населением страны станет значительно проще.

Вы здесь:
вверх