логин:    пароль: Регистрация
Вы здесь:
  
Добыть будущее Елена СТРУК - «Контракты» №15 Апрель 2011г.

Можно ли создать конкурента Нафтогазу


«Если цены на газ для населения постепенно повысят до рыночных, то необходимость в содержании государством собственной добычи отпадет, и крупнейшего игрока — госкомпанию «Укргазвидобування» — могут выставить на продажу», — надеются некоторые инвесторы. А пока государство не решилось на приватизацию актива, им приходится довольствоваться компаниями помельче.

Regal Petroleum — хоть и перспективная, но проблемная компания. Добычей углеводородов в Украине она занимается с 1999 года, запасы ее месторождений газа и конденсата оценивают почти в 150 млн баррелей нефтяного эквивалента. По украинским меркам это много. Но пока Regal чаще преследовали неудачи — перманентные конфликты с украинскими властями по поводу лицензий и финансовые потери. В 2008 году убытки компании составили $50,8 млн, в 2009-м — $9,8 млн. С осени прошлого года ей пришлось заморозить добычу в Украине (Минприроды при­остановило действие лицензий Regal). Акции Regal Petroleum, и без того терявшие в цене с начала 2010 года, в декабре упали до минимума — ниже 20 пенсов за штуку. В то время как капитализация компании снижалась, заинтересованность потенциальных покупателей в добытчике только росла. В конкурентную борьбу за Regal вступили структуры Виктора Пинчука (Heamoor и Гео Альянс) и Вадима Новинского (Energees Management). В итоге цена продажи повысилась с 25 пенсов за акцию до 38 пенсов. «Для группы «Гео Альянс» Regal был идеальным активом. Месторождения компаний находятся рядом, у них общая геология. Гео Альянс мог бы существенно сэкономить на административных затратах. Но, вероятно, не сумел перебить цену Смарт-холдинга», — комментирует аналитик Dragon Capital Денис Саква. Победителем вышел Вадим Новинский. За пакет в 54% акций Смарт-холдинг заплатил $107 млн.

«Добыча нефти и газа — пусть не клубный бизнес, но точно бизнес не для всех. Этот факт я понял еще в 2003-м, когда пришел работать в «Укргазвидобування», — рассказывает первый заместитель генерального директора Смарт-холдинга Алексей Тимофеев. Сейчас он развивает соответствующее направление в Смарт-холдинге, которое в перспективе должно стать одним из основных наряду с металлургическим бизнесом. Здесь есть над чем работать. Смарт-холдинг владеет 25% акций Метинвеста, EBITDA которого в 2009 году достигла $1,45 млрд. Нефтегазовый бизнес можно будет назвать заметным, когда его годовая EBITDA составит хотя бы $100 млн. Каковы шансы из лилипута вырастить Гулливера, если частный бизнес отвоевал себе лишь 8–9% рынка добычи углеводородов? В Смарт-холдинге не сомневаются, что это возможно. Главное — выбрать правильную стратегию, например, постепенно консолидировать независимых игроков.

Газовые деньги

Интерес крупного бизнеса к нефтегазодобывающему сектору вполне логичен. «Успешность нового проекта во многом зависит от того, насколько естественно конкретная компания находится в новой среде вплоть до политического и административного окружения», — объясняет Алексей Тимофеев. Добыча нефти и газа — это тот же индустриальный сырьевой сектор, в котором группы привыкли работать. Правила игры понятны, потребители продукции известны, регулирование рынка знакомо, чиновники те же. С Министерством экологии и природных ресурсов, а также Государственной геологической службой работают и металлурги, и нефтяники.

При этом растущие цены на газ на внутреннем рынке, которые определяются стоимостью российского голубого топлива, действуют как магнит. Если в 2007 году Украина получала газ по $130 за тыс. куб. м, то до конца 2011-го топливо подорожает до $347 за тыс. куб. м, только за текущий год прибавив 30%. Такая стоимость обеспечивает высокую маржинальность бизнеса, ведь денежные затраты на производство тыс. куб. м газа — около $100. Классический срок окупаемости инвестиций в секторе составляет около пяти лет.

Цены на топливо вряд ли будут существенно снижаться — еще один важный момент для бизнеса. Убить его может разве что административный запрет на частную добычу или объединение Газпрома и НАК «Нафтогаз України», если в результате появления такого альянса голубое топливо на украинский рынок будет идти по цене $50 за тыс. куб. м. Собьет цены на рынке, а следовательно, и снизит доходность бизнеса доступ крупнейших промышленных потребителей газа к закупке топлива по прямым контрактам из России. К примеру, в 2006 году Метинвест уже получал лицензию на осуществление прямых поставок. Но сейчас у компаний такой возможности нет.

По словам Алексея Тимофеева, в перспективе именно крупные холдинги вместе со стратегами — иностранными инвесторами консолидируют частную нефтегазодобычу в Украине. Уже сейчас, кроме Смарт-холдинга, который в этом сегменте пока еще новичок, добычей нефти и газа занимаются структуры Виктора Пинчука, Игоря Коломойского, Константина Жеваго. Ринат Ахметов застолбил для разработки шельф Черного моря. ДТЭК — один из собственников компании Vanco Prykerchenska, которая уже в первой половине 2011 года планирует начать работы на шельфе. «Крупным группам, имеющим связи в правительстве, легче решать проблемы и договариваться с чиновниками, чем тем же иностранцам», — признает Денис Саква.

Но скандалы все еще не отбили у иностранцев охоту инвестировать в сектор. К примеру, ЕБРР рассматривает вопрос о предоставлении кредита на $40 млн компании «КУБ-Газ», 70% которой в 2010 году за $45 млн приобрел польский миллиардер Ян Кульчик.

Амбициозный план

Крупные бизнесмены наращивают бизнес в основном за счет покупки долей в уже существующих компаниях. Ведь за годы независимости в Украине сформировался солидный вторичный рынок месторождений: в Украине выдано 140 лицензий на добычу углеводородов. К примеру, группа «Гео Альянс» расширялась в основном за счет скупки мелких игроков. В 2006 году структуры Виктора Пинчука приобрели компании «Оберон уголь», «Природные ресурсы» и концерн «Гео Альянс», год спустя — Восточный геологический союз, а потом ИНТЕК Гео.

По мнению Дениса Саквы, попытка консолидировать независимых игроков и создать крупнейшего частного добытчика — очень амбициозный план. «Компания, поставившая себе такую цель, может столкнуться с серьезными финансовыми трудностями. К примеру, рыночная капитализация JKX, которая владеет в Украине одним из лидеров среди частных нефтегазодобывающих компаний — Полтавской газонефтяной компанией, — составляет $700 млн», — говорит аналитик.

Впрочем, российская компания «Новатэк» с подобной задачей справилась даже в условиях более зарегулированного российского газового рынка. Новатэк за 16 лет превратилась во вторую (после Газпрома) компанию по размерам добычи природного газа в России. В Смарт-холдинге рассчитывают повторить успех Новатэка. Украинский холдинг интересуют в первую очередь активы тех бизнесменов, которым не хватило финансовых ресурсов для развития месторождений. В них геологические риски частично, но сняты (пробурены скважины, получена продукция), хотя сами объекты недоинвестированы. «Стоимость таких активов на порядок ниже, чем Regal, но и риски выше», — признает Алексей Тимофеев.

По состоянию на февраль 2011 года, в Украине зафиксирована добыча газа только по 29 лицензиям. Еще больше сотни — потенциальные объекты для покупки. В 2012-м, к примеру, заканчивается срок действия разрешений, выданных в 2007-м. Вот тогда и наступит время пополнять активы. Впрочем, игроки рынка признают, что действительно качественных и очень привлекательных объектов не так много — всего пять-шесть месторождений.

Нелегкие деньги

Создать компанию с нуля, купив лицензию на разработку недр, в Украине хоть и сложно, но можно. К примеру, в конце прошлого года Минприроды выдало шесть специальных разрешений на геологическое изучение и разработку углеводородных месторождений, выручив за них почти 10 млн грн. На последнем аукционе к нефтегазовому бизнесу приобщились сразу несколько известных бизнесменов. Месторождением обзавелся киевский магнат, экс-совладелец Запорожстали Василий Хмельницкий. Связанная с ним компания «Ролвуд ойл» купила разрешение на геологическое изучение и исследовательско-промышленную разработку Гениевской газоносной структуры (Харьковская обл.). Компания «Миро­нівка­будмонтаж», которую связывают с народным депутатом и владельцем одесского рынка «Седьмой километр» Юрием Иванющенко, начнет разработку Южно­Крестищенской площади (Харьковская обл.).

Крупные промышленные группы стараются избегать такого пути: слишком рискованно и долго. С нуля нефтегазовый бизнес создают в основном предприниматели помельче с более скромными финансовыми возможностями. Цена входа на рынок через покупку лицензии велика. Стоимость 1 км скважины составляет в среднем $1 млн, при этом скважины на большинстве украинских месторождений — 3–5 км. Только на бурение на первоначальном этапе потребуется $3–5 млн. Но все же это не сотни миллионов долларов инвестиций, необходимых для покупки уже действующих компаний.

Впрочем, как отмечает ведущий эксперт энергетических программ Центра Разумкова Владимир Омельченко, без разведки новых месторождений даже у ФПГ ничего не получится. Повторить судьбу Новатэка сложно, не имея специфических отношений с властью (Новатэк значительно усилил свои позиции на российском рынке после того, как среди его акционеров в 2009 году появился Геннадий Тимченко, которого причисляют к друзьям премьер­министра РФ Владимира Путина), или крупного иностранного инвестора вроде Shell, ВР или Exxon в акционерах. «Газодобыча — дорогостоящий бизнес. К примеру, чтобы увеличить годовые объемы добычи в Украине на 5–10 млрд куб. м голубого топлива, нужно ежегодно в течение десяти лет вкладывать в геологоразведку и развитие месторождений $1,5–2 млрд. Без участия в бизнесе мировых лидеров газодобычи я не вижу перспектив мощного наращивания как запасов, так и добычи. Поэтому, скорее всего, в Смарт-холдинге пойдут путем JKX или Kulczyk Oil — получат новые лицензии, повысят капитализацию бизнеса, выведут его на биржу, а потом будут привлекать кредитные ресурсы. В лучшем случае компания, пойдя по такому пути, может рассчитывать на 2–3 млрд куб. м к 2020 году», — говорит эксперт. Но даже при текущих ценах на газ — это $600–800 млн.

Копать глубже

Алексей Тимофеев, первый заместитель генерального директора Смарт-холдинга, рассказывает, зачем группе Regal Petroleum

— В Украине в частных руках находится около 140 лицензий на разработку углеводородов. Это уже немало. Если инвестор научился справляться с рисками и рыночными особенностями, которые есть в нашей стране, то бизнес идет хорошо, как, например, неплохо он идет у Полтавской газонефтяной компании или ряда частных собственников. Все проекты в Украине начинались по-разному. Хорошо, если это инвестиционные проекты, у которых есть логика, продуманный бизнес-план, а главное — финансовые ресурсы на развитие. Однако таких «осознанных» и эффективных собственников в секторе частной добычи — от силы пятая часть. Многие не рассчитали приемлемых для себя рисков, доходности, что­то пробурили, получили отрицательный результат и на этом остановились. Кроме того, решение о приобретении лицензии они принимали без четкого понимания, в какой бизнес входят. При всей кажущейся простоте — «пробурил и добывай», поиск, разведка и добыча углеводородов — жестко нормированный, капиталоемкий, наукоемкий и высокорисковый бизнес, в который просто с улицы не зайдешь.

Мы смотрим на нефтегазодобычу как стратегический инвестор. В планах Смарт-холдинга вырастить этот бизнес до тех показателей, которые позволят нам на него опираться, как на один из базовых. Regal — наше первое приобретение, но, надеюсь, не последнее. В данном случае мы хотели получить действующую публичную компанию, чтобы ускорить вход на рынок. У компании солидные запасы, большое количество пробуренных скважин, обустроенное с точки зрения инфраструктуры месторождение. Проблемы, с которыми столкнулась Regal Petroleum, нам понятнее, чем иностранному менеджменту.

Главное, что покупка сэкономила нам несколько лет развития. По большому счету, на деньги, инвестированные нами в приобретение компании, можно было бы купить у частных собственников несколько перспективных лицензий в начальной стадии разработки. Возможно, таким образом мы построили бы не худший бизнес, но только через несколько лет.

Вы здесь:
вверх