логин:    пароль: Регистрация
Вы здесь:
  
Сережа-патриот Дмитрий Гонгальский - «Контракты» №4-6 Февраль 2013г.

Зачем власти убеждают украинцев хранить сбережения в гривне


Когда-то один из бывших кандидатов в президенты во время избирательной кампании пытался сыграть на патриотических чувствах граждан, призывая: «Купуй українське». Слоган не сработал, поскольку товары национального производителя за очень редким исключением у многих ассоциируются с унылым, скажем так, продуктом жизнедеятельности организма.

Теперь же у властей новая идея — повысить доверие населения к гривне. Первый вице-премьер-министр Сергей Арбузов решил и после Нацбанка оставаться главным идеологом денежной пропаганды. И дабы не быть голословным, представил на одном из телеканалов свои собственные расчеты. «Например, если бы человек положил гривню на банковский депозит семь лет назад под существующие проценты и не снимал, то даже изменения курса не навредили бы капиталу этого вкладчика. К сожалению, постоянные изменения формы хранения дают людям только убытки», — пришел к выводу Сергей Арбузов.

Бесспорно, доверие не только к национальной валюте, но и приверженность национальным идеалам — необходимое условие построения эффективной государственной машины. Как говорят банкиры, без доверия нет кредита. А любая денежная единица по своей сути — кредит гражданина государству.

Увы, украинцы — плохие патриоты. Мы, конечно, любим свою родину, помним свою первую учительницу и дорожим видом из окна родительского дома, но мечтаем жить и работать на каком-нибудь Уолл-стрит или Максимилианштрассе.

Лев Толстой назвал патриотизм чувством вредным и безнравственным, Самюэль Джексон — последним прибежищем негодяев. Большинство украинцев, отправляющихся на ПМЖ или покупающих в обменнниках доллары, сказали бы проще: «Ничего личного, просто бизнес».

Доверие к гривне ситуацию не спасет. С таким же успехом можно лечить перелом заклинаниями

Многие помнят, что на момент введения гривни в середине 1990-х ее курс был зафиксирован на отметке 1,7 UAH/USD. Сохранять стабильность национальная валюта смогла всего два года. И за последние 16 лет она девальвировала по отношению к доллару почти в пять раз.

В ответ Сергею Арбузову можно привести другие расчеты. Предположим, вкладчик 16 лет назад открыл в одном из банков депозит на 100 грн под 15% годовых и с тех пор ставка оставалась неизменной. Сейчас бы он получил с учетом процентов 935 грн. В долларовом выражении это означает, что его стартовые $58 превратились бы в $117. Совершенно очевидно, что если хранить деньги под подушкой в валюте, то сейчас пришлось бы довольствоваться теми же $58. Но ведь если вкладчик доверяет финучреждению, тогда давайте для чистоты эксперимента предположим, что он свои гривни в 1996 году перевел в доллары и открыл депозит под 8% годовых. Тогда бы на его счете уже было почти $200. То есть вдвое больше, чем в случае гривневых накоплений.

Приведенный пример Сергея Арбузова означает, что для компенсации своих потерь от девальвации, произошедшей в 2008 году, необходимо семь лет держать деньги на депозите в гривне. И это вовсе не говорит о привлекательности вкладов в национальной валюте, хотя, конечно же, в краткосрочном периоде такие инвестиции могут принести неплохую прибыль. Пример 2012-го более чем показателен. Вкладчики могли получить 20–25% в гривне при неизменной стоимости доллара. Но если говорить о более долгосрочной перспективе, то американская валюта вне конкуренции.

Парадокс нынешних рекордных ставок по вкладам в гривне при нулевой инфляции объясняется вовсе не патриотическими чувствами банкиров, предпочитающих начислять максимальный процент по родной для себя валюте, а их высокими девальвационными ожиданиями. Причем риски возможных курсовых колебаний только нарастают. Уже в IV квартале 2012-го был зафиксирован отрицательный ВВП, то есть экономика падает, при этом стране предстоят огромные выплаты по внешним долгам, не говоря уже о непрекращающемся оттоке капитала. Непатриотичные украинцы вынуждены из года в год все больше покупать импортных товаров, тогда как все, что имеет лейбл made in Ukraine, стремительно теряет рынки сбыта. Значит, все стабильно, точнее — стабильно плохо.

В этих условиях цинично убеждать наш народ в необходимости хранить заработанное в гривне. С таким же успехом можно было бы советовать посетить живописные места, с природой, нетронутой человеком, вокруг Чернобыля.

Понятно, что перед властями стоит непростая задача удержать страну на краю экономической пропасти, и без непопулярных мер не обойтись. Но доверие к гривне ситуацию не спасет. С таким же успехом можно лечить перелом заклинаниями. Едва ли «хирург» Арбузов не понимает бесперспективность затеи.

Даже если завтра все перестанут покупать доллары, нашим производителям, лишенным доступа к дешевым кредитам, находящимся под нарастающим налоговым прессом и изначально проигрывающим конкурентную борьбу финансово-промышленным группам, получающим льготы и пользующимся офшорными гаванями, легче не станет. А если страна не способна производить качественные товары, то у ее валюты нет ни единого шанса оставаться стабильной. Более того, если власти пытаются сохранить видимость устойчивости валютного курса, это означает, что в будущем его коррекция окажется намного значительнее, чем сейчас.

Президент соседней страны Александр Лукашенко тоже долгое время рассказывал своим согражданам о стойкости местной валюты. Но ни его мантры, ни дешевый российский газ ситуацию не спасли. Зато на какой-то промежуток времени у многих белорусов появилась уверенность в завтрашнем дне, став частичным оправданием политики своего президента за год-два до его переизбрания на новый срок. Интересно, сколько времени осталось у украинцев?

Вы здесь:
вверх